Общество
  1. Общество
Общество
Санкт-Петербург
0

В Питере пить. Маленький Бахус интеллигентно победил депутатский энтузиазм

Петербург
Рестораторы Петербурга вступились за городские бары

Триумфальное шествие по стране федерального закона «о наливайках» весьма неловко споткнулось о гранитные мостовые северной столицы. Рестораторам удалось отстоять свои позиции. Ну, почти удалось. Журналист «ФедералПресс» вместе с барменами и владельцами заведений разбирался, что не так с законом, и почему он может оказаться нерабочим.

Ну, по пятьдесят

В мае вступили в силу поправки в 145-й Федеральный закон, регулирующий правила продажи алкоголя. Для удобства сами же законотворцы назвали его «законом о наливайках». Работали над ним долго. Так же долго «обкатывали» в регионах.

Суть поправок в том, что торговля алкогольной продукцией в заведениях, расположенных в жилых домах и на прилегающей территории теперь сильно ограничена, либо вообще запрещена. Заведения, площадью менее 20 квадратных метров, не имеющие лицензии общепита, больше не могут продавать алкоголь страждущим. Причем регионам оставили право самостоятельно определять минимальную площадь таких заведений. Региональные законы приняты уже в 20 субъектах. Большинство регионов оставили ограничительную норму в 50 квадратных метров. Кавказские республики ограничили продажу в жилых домах полностью. В остальных регионах закон будет принят на ближайших заседаниях заксобраний.

Для любой провинции закон «О наливайках» однозначное благо. Все это сделано с высокой целью: чтобы пьяные, агрессивные маргинальные элементы не пугали мамочек во дворах, чтобы молодые российские семьи не спивались, не отходя от дома, чтобы дикие вопли, табачная вонь и отборный мат не мешали нормальным людям просто жить. В регионах, где культурные мероприятия чаще всего в кокошниках и казачьих сарафанах, перспектив и высоких зарплат крайне мало, чаще всего люди идут в кино или в кабак. Столицам проще – тут есть, из чего выбирать и чем разнообразить свой досуг. Но опыт Санкт-Петербурга оказался совсем уникальным. В Питере можно и пить, и петь, и работать. Маленькие бары оказались неотъемлемой частью культурной и туристической самоидентификации.

Порапобарам

В Санкт-Петербурге есть питейные заведения на любой вкус: от крошечных до гигантских и пафосных. Хочешь – пьешь с Бродским в «Полутора комнатах», нет настроения – добро пожаловать в «Угрюмочную», в клубы сизого табачного дыма в контуре похоронных атрибутов. Творческая фантазия питерского общепита – такая же культурная достопримечательность, как мосты и дворцы. Для гостей, туристов и местных жителей есть даже специальные туристические тропы по барам, и есть улица Рубинштейна, которая стала почти официальным гастрономическим оазисом. Все это великолепие было наглухо закрыто пандемией.

И так совпало, что заксобрание Петербурга в этот период демонстрировало просто лютую работоспособность. Одной рукой парламентарии разрабатывали пакет мер поддержки для пострадавшего бизнеса, а второй – в трех чтениях приняли закон «о наливайках». И если федеральный закон запрещает торговлю алкоголем барам, расположенным в жилых домах и имеющим площадь менее 20 квадратных метров, то региональный парламент решил, что площадь питейных заведений должна быть больше пятидесяти. Все прочие должны либо закрыться, либо печь булочки и варить кофе. И губернатор Беглов его подписал. Под закрытие должны были попасть больше 100 заведений.

Что тут началось! Пострадавшие от режима самоизоляции рестораторы продемонстрировали высокую способность к самоорганизации. Агрессию никто не проявлял, на митинги не выходил. Необходимость регулирования рынка признают все рестораторы, но с законом категорически не согласны. В кратчайшие сроки в интернете была запущена и подписана петиция с требованием отменить закон. Предприниматели посчитали, что на этом законе бизнес потеряет 1,4 млрд рублей, а бюджет Санкт-Петербурга лишится 700 млн рублей налоговых поступлений.

По социальным сетям пошел гулять флешмоб, в котором владельцы и бармены фотографировались с плакатом «мыненаливайки». Интервью с критикой закона в местных СМИ приобрели массовый характер. В защиту небольших баров стали выступать артисты и деятели культуры.

Через несколько дней губернатор Александр Беглов сдался. Он сказал, что депутаты приняли поспешное решение, и в закон нужно вносить поправки. Беглов назвал барную культуру «местной фишкой», сам сходил в маленький бар и рекомендовал это же сделать единороссу Денису Четырбоку – именно он был инициатором принятия закона в Санкт-Петербурге. Для внесения поправок в уже принятый региональный закон была создана комиссия, в которую вошли не только депутаты, чиновники, но и представители ресторанной индустрии. В порыве эмоций комиссия обещала обойти все бары из списка на закрытие. Но не обошла. Решение приняли без большого похода.

Пиво за 4 тысячи

Бар «Киоск» на Маяковского в историческом центре Питера – один из тех, которые должны были закрыть, поскольку площадь зала меньше 40 квадратов. Нежаркое солнце рисует тени четырех стульев перед входом в бар и барельефы на фасаде жилого дома. В прохладе маленького зала девушка-бармен. Стройная, как веточка, с быстрым умным взглядом. Стильная настолько, что даже маска с перчатками ей к лицу. Назвать «Киоск» «наливайкой» не получается при всем желании. Тут на витрине стоят бутылки, стоимостью в половину зарплаты завсегдатаев классических «наливаек».

Владелец бара Александр Романенко рассказывает, что открыли бар в 2017 году. «Планировали создать маленькую площадку для большого контента. Сюда приезжают легендарные пивовары из Америки, Бельгии, Германии. Устраивают презентации своего пива, рассказывают о барной культуре других стран. Наша собственная коллекция пива – это лучшая коллекция в городе. Редкие эксклюзивные сорта со всего мира. Верхняя полка – коллекция диких элей из Бельгии, Голландии. Пиво спонтанного брожения. Лимитированные экземпляры 2012 года. Пиво, выдержанное три года в винных бочках с вишней. Такая бутылка стоит больше 3 тысяч рублей. Вы можете себе представить маргинала, покупающего такое пиво?» – восклицает Романенко.

Ресторатор признается, что законом разочарован не только потому, что один из его баров мог бы закрыться. Александр уверен, что сами критерии, прописанные в документе, никак не исключают существование «наливаек». «Наливайка» – это грязная распивочная-рюмочная, которая торгует водкой на розлив по магазинным ценам. У нее есть очень четкий критерий – уникальность торгового предложения. Она может работать на любой площади. Мы с товарищами из независимого союза рестораторов после принятия закона проехали по таким заведениям. Сосредоточены они в основном в районах, застроенных хрущевками в 60-70-х годах. Так вот, там залы есть и по 60 квадратов. Если ограничения привязывать к площади заведения, это на ситуацию никак не повлияет», – уверен Александр.

По мнению рестораторов, для чистоты их рядов и решения проблемы «наливаек», нужно вводить не ограничение площади, а минимальную розничную цену для заведений общепита. Если ввести МРЦ и рассчитать ее по коэффициенту «три», то водка в «наливайке» будет стоить не 25 рублей, а восемьдесят. Нормальному бизнесу это не повредит, а контингент «наливаек» станет как минимум менее маргинальным.

Ты меня не уважаешь

Принятый вариант закона «о наливайках» обидел не только владельцев малого общепита, но и барменов. После большого сокращения многие могут остаться без работы. Впрочем, депутатское предложение переквалифицироваться в булочники тоже показалось людям обидным. Алексей Воронин, потомственный бармен, откровенно негодует. «Это же свинство, – возмущается петербуржец. – Почему бы депутатам самим не переквалифицироваться?! Пусть оставят законодательное собрание и идут работать на завод, например. Это будет очень патриотично и для общества полезно. Нам предложили закрыть бары и открыть булочные и кофейни. А люди, между прочим, годами учатся. Изучают барную культуру, историю алкоголя, посуду. Наши профессионалы представляют Россию на мировых чемпионатах и выигрывают мировые шоу. Ребята-флейрингисты перед чемпионатами тренируются по 6–8 часов в день, ищут новые элементы шоу. В ассоциации барменов вся стена дипломами увешена. И вот людям, посвятившим свою жизнь этой профессии, говорят – иди печь булочки».

Законодательное собрание Санкт-Петербурга после волны возмущения все-таки внесет поправку в свой закон. Авторским барам с площадью зала 25 квадратов можно будет работать в Адмиралтейском, Василеостровском, Центральном и Петроградском районах. Для остальных районов ограничение в 50 квадратов по-прежнему актуально.

Депутатская настойчивость самим рестораторам кажется в высшей мере нелогичной. Представители бизнеса говорят, что погоня за хайпом в центре города многих изнуряет и многие стремятся прийти в районы города в поисках новой аудитории и с хорошими идеями. Теперь это будет во многом невозможно. В общепите существует два вида стартапов: большой общепит – это когда большие люди реализуют огромные инвестиционные проекты. И второй – самый распространенный вид – малый общепит, куда приходят люди со своими частными маленькими инициативами, креативными идеями. Душу вкладывают именно в малый общепит. И именно из него вырастают культовые места для туристов и горожан.

Только тут интересно и со смыслом. И закон страшен не тем, сколько заведений закроется, а тем, сколько их никогда не откроется. Молодым предпринимателям с идеями однозначно перекрыли кислород.

Фото: ФедералПресс / Екатерину Лазарева

Добавьте ФедералПресс в мои источники, чтобы быть в курсе новостей дня.
Присоединяйтесь к нам
Подписывайтесь на Email рассылку
Версия для печати
Комментарии читателей
0
comments powered by HyperComments
Telegram 1