Редакция «ФедералПресс» / Анастасия Куликовских
Тюменская область
16 МАРТА, 2026
Предчувствие масштабного военного конфликта на Ближнем Востоке, а также спецоперация США и Израиля против Ирана разогнали цены на мировом рынке энергоресурсов. За месяц нефть подорожала на 35 %, а газ – на 75 %. Для стабилизации ситуации Штаты даже пошли на временное и частичное снятие санкций с российской нефти. «ФедералПресс» выяснил у экспертов, как новые реалии отразятся на бюджетах главных нефтегазовых регионов РФ – Югры и Ямала.
«Цены на энергоресурсы в последние недели заметно выросли. По нефти рост составил 15 % за последнюю неделю и 35 % за месяц, причем часть этого движения формировалась еще на ожиданиях эскалации конфликта. По газу динамика еще более резкая: в Европе цены за неделю прибавили 25 %, а за месяц – 75 %», – рассказал «ФедералПресс» портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Дмитрий Скрябин.
Мировые цены на нефть марки Brent уверенно держатся в районе 105–110 долларов США за баррель. Стоимость российской нефти марки Urals приближается к 100 долларам США за баррель, сообщил «ФедералПресс» Михаил Хачатурян, доцент кафедры стратегического и инновационного развития факультета «Высшая школа управления» Финансового университета при правительстве РФ.
«Цены на газ следуют за котировками стоимости нефти, но с определенным временным лагом. Сейчас они держатся в диапазоне 550–600 долларов за тысячу кубометров, но в перспективе продолжения конфликта в Иране вполне реально могут подняться до показателей 800–900 долларов и выше», – добавил Хачатурян.
Стремительный рост цен фиксирует и собственник компании «Ангелинская нефтебаза» Сергей Пляскота. По данным эксперта, с конца февраля цена Brent выросла с 70 до 115 долларов США за баррель (на 9 марта). Спотовые цены на газ в Европе (TTF) подскочили на 70–90 %, превысив 780 долларов США за тысячу кубометров.
Цены ползут вверх из-за перекрытия судоходства через Ормузский пролив и разрушения добывающей и перерабатывающей инфраструктуры на Ближнем Востоке. Игроки на рынке опасаются возможных перебоев с поставками энергоресурсов.
«Главные причины – это блокировка Ормузского пролива, через который проходит 25 % мирового трафика нефти и 20 % сжиженного природного газа (СПГ), и атака на крупнейший завод по сжижению газа в Катаре», – пояснил Сергей Пляскота.
Чтобы избежать глобального хаоса на рынке, президент США Дональд Трамп на месяц вывел из-под американских санкций продажу российских нефти и нефтепродуктов, загруженных на суда к 12 марта. Индии разрешили в течение месяца закупать нефть РФ. Цель – сохранить цены на углеводороды на низком уровне и восстановить запасы на мировом рынке.
На фоне роста мировых цен на нефть и временного ограничения санкций российские нефтяные компании увеличат свою эффективность, ожидает Михаил Хачатурян. Выросшую валютную выручку они уже в конце марта и в начале апреля начнут выводить на межбанковский валютный рынок для уплаты налогов за первый квартал 2026 года.
Это приведет к укреплению курса национальной валюты как минимум до уровня февраля (74–76 рублей за доллар и 89–91 рубль за евро). Рост дополнительных доходов федеральной казны и региональных бюджетов, в особенности ресурсных субъектов, обеспечит стабилизацию годовой инфляции на уровне 6–7 % и создаст условия для активизации инвестиционных программ, добавил финансист.
Регионы большой Тюменской области – основные нефтегазоносные субъекты РФ. Югра добывает 40 % нефти в стране. На долю Ямала приходится 80 % добычи природного газа. Бюджеты автономных округов на 70–80 % формируются за счет доходов от добычи углеводородов.
«Рост цен на нефть и газ из-за ближневосточного конфликта, а также возможное частичное снятие санкций окажут мощное положительное влияние на бюджеты Югры и Ямала, – считает Сергей Пляскота. – Цена нефти уже подскочила с 70 до 115 долларов США за баррель. Для сравнения: бюджет Югры на 2026 год сверстан исходя из цены 59 долларов США за баррель. Каждый доллар сверх этого – прямые сверхдоходы региона. Доходы Ямала также напрямую зависят от поступлений из ТЭК».
По мнению эксперта, если США и ЕС пойдут на смягчение или отмену санкций против российской нефти, это не только снизит логистические издержки и дисконт на наши углеводороды, но и вернет компаниям РФ доступ на традиционные рынки.
«Для экспортно ориентированных экономик Югры и Ямала это означает кратный рост доходов», – прогнозирует Пляскота.
Между тем оценить реальное влияние ситуации на мировом рынке на бюджеты российских ресурсных регионов, таких как Югра и Ямал, пока сложно, считает Дмитрий Скрябин.
«Скорее всего, основная часть дополнительных налоговых поступлений при росте цен будет аккумулироваться на федеральном уровне, а не на уровне региональных бюджетов», – уверяет Скрябин.
Напомним, что в 2025 году власти скорректировали бюджеты Югры и Ямала из-за снижения налоговых поступлений нефтегазового сектора экономики. Как отметил Пляскота, в январе прошлого года доходы от нефти и газа упали до четырехлетнего минимума, а дефицит федерального бюджета достиг рекордных 1,7 трлн рублей. Это было связано с низкими мировыми ценами и большими дисконтами на российскую нефть из-за санкций.
Эффект высоких цен на углеводороды не продлится долго, прогнозируют опрошенные «ФедералПресс» эксперты. Финансисты напомнили недавнее заявление президента России Владимира Путина, который назвал такое состояние рынка временным.
«Стоит реально оценивать ситуацию, и подобное положение является временным, так как конфликт ввиду значимости экономических последствий, прежде всего для США и их союзников, может быть закончен вничью в любой момент, что вернет ситуацию к состоянию конца февраля», – считает Михаил Хачатурян.
По мнению эксперта, маловероятной представляется и полная отмена санкций против российской нефти. Скорее возможны временные послабления для стабилизации и снижения цен, которые в случае любого варианта прекращения конфликта в Иране оперативно отменят, уверен Хачатурян.
«Эксперты сходятся во мнении, что пиковые значения (100–150 долларов США) могут сохраняться в зависимости от длительности конфликта, но рынок будет постепенно перестраиваться. Долгосрочный эффект возможен только в случае разрушения инфраструктуры ближневосточной добычи, но базовый сценарий – коррекция цен вниз после стабилизации», – прогнозирует Сергей Пляскота.
Наиболее вероятно возвращение ценников на нефть и газ к показателям конца февраля 2026 года, считает и финансист Михаил Хачатурян.
«Поэтому получаемые дополнительные доходы должны не только направляться на решение инвестиционных задач и развитие, но и на накопление для создания возможностей компенсации очередного разворота ситуации к прежним условиям», – подытожил Хачатурян.
Фото: ФедералПресс / Евгений Поторочин