Генеральный директор ОАО «Международный аэропорт Пермь» Эдуард Кошенсков рассказал «ФедералПресс.Приволжье» о своих взаимоотношениях с «Реновой», перспективах изменения названия пермского аэропорта, причинах роста пассажиропотока и тех позитивных изменениях, которые уже в ближайшие месяцы увидят клиенты предприятия.
Генеральный директор ОАО «Международный аэропорт Пермь» Эдуард Кошенсков рассказал «ФедералПресс.Приволжье» о своих взаимоотношениях с «Реновой», перспективах изменения названия пермского аэропорта, причинах роста пассажиропотока и тех позитивных изменениях, которые уже в ближайшие месяцы увидят клиенты предприятия.
Эдуард Анатольевич, какие результаты показал аэропорт в части пассажиропотока в 2014 году? Экономическая ситуация сильно сказалась на цифрах?
В целом мы улучшили показатели как по внутренним, так и по международным линиям. Внутренний пассажиропоток вырос за год на 16,8 % (869,2 тыс. человек), международные направления – на 10,7 % (450 тыс. человек).
Кризисные явления стали заметны по итогам декабря. Общий пассажиропоток вырос на 3,3 % по сравнению с декабрем-2013, но если на внутренних линиях рост составил 15,4 % (71,8 тыс. человек), то на международных наблюдалось падение на 26,1 % по сравнению с декабрем прошлого года – до 19 тыс. человек.
По общему числу самолетовылетов за год мы, конечно, выросли – на 15,2 %, до 9,63 тыс. вылетов.
Решение о быстровозводимом терминале для внутренних рейсов связано с ростом пассажиропотока на этом направлении?
Этот вопрос давно назрел. Был отобран подрядчик – ООО «Родер», которое ранее возводило временный терминал для международных линий. Через три-четыре месяца получим новый зал с новой лентой выдачи багажа.
Будет увеличен зал вылета внутренних авиалиний. Будет реконструирована входная группа. В целом же площадь аэровокзала увеличится на 450 кв. м.
Сколько международных направлений мы уже потеряли в сравнении с этим же периодом 2014 года?
Прекратились прямые вылеты в Чехию, Кыргызстан, Таджикистан. Возобновление рейсов в Чехию зависит от экономической ситуации, а рейсы в среднеазиатские страны, скорее всего, возобновятся с началом летнего сезона. Кроме того, мы надеемся, что спад пассажиропотока компенсируется за счет новых рейсов, ориентированных на южные и восточные направления.
Уже можно разгласить предварительные финансовые результаты деятельности аэропорта за 2014 год?
Это прерогатива совета директоров. Скажу только, что доход будет больше, чем в 2013 году.
Документация по будущему проекту аэропорта уже прошла Главгосэкспертизу России?
Ждем в ближайшее время, ориентировочный срок – 16 февраля плюс-минус четыре дня. В середине января получили несколько замечаний, приняли их, поправили. Экспертизу пройдем, но есть другие проблемы – с земельными участками под строительство сетей инфраструктуры, с санитарно-защитной зоной вокруг аэропорта. Вопрос о зоне вообще тянется чуть не с 1967 года. Впрочем, это не только наша проблема – такие сложности есть у 90 % российских аэропортов. Все наши пассажирские суда проходят по нормативам в части шума и загрязнения, но взлетно-посадочная полоса нашего аэропорта в первую очередь используется самолетами государственной авиации (боевыми истребителями – «ФедералПресс.Приволжье»), и только во вторую очередь – пассажирскими судами. У самолетов госавиации уровень шума и выбросов выше нормы. А при отсутствии санзоны есть риск застройки «защитной» территории. Разрабатывали санзону и в 2000, и в 2007 году, но так и не приняли. Вот эту работу продолжаем.
А в чем проблема с землей под инфраструктуру?
В том, что земля, которая используется при прокладке сетей, находится в разной собственности – района, федерации, физлиц. Преимущественно проблема разрешается для нас положительно, собственники идут навстречу, понимая общественную значимость такого объекта, как аэропорт. С некоторыми договориться не получается, требуется выкуп, причем чем ближе к аэропорту участки, тем цена выше. Будем действовать в рамках действующего законодательства.
Имеющие сегодня место судебные процессы по искам теруправления Росимущества по краю теоретически могут хоть как-то помешать реализации проекта нового терминала аэропорта?
Никаких проблем уже нет. Они изначально имели место только потому, что предполагается привлечение инвестора, частной компании. Если бы мы сами строили терминал, то вопросов бы не возникло – земля у нас в многолетней аренде.
Вы уже общались с кем-то из потенциальных участников будущего конкурса? Насколько хорошо вы знаете компании-претенденты – их потенциал, возможности реализовать такой проект?
Нет, ни с кем не общался, все контакты – через официальные документы, переписку. Хотя, безусловно, все участники знакомы, и думаю, что основная борьба развернется между теми же компаниями, которые заявлялись на прошлый конкурс (структуры «Базэл», «Новапорта», «Реновы» – «ФедералПресс.Приволжье»).
Условия торгов сегодня стали жестче, конечно, это дает дополнительные гарантии по реализации проекта, но изменилась и экономическая ситуация. Проект стал тяжелее и дороже для инвестора. Но подчеркиваю, в любом случае заявленные губернатором Виктором Басаргиным сроки будем выполнять.
Вас упорно связывают со структурами одного из участников конкурса – «Реновы». Вы будете рады, если их компания выиграет торги?
Я никогда не работал в структурах «Реновы» – наверное, все слухи оттого, что я некоторое время работал в Екатеринбурге. Там я занимал должность начальника теруправления Ространснадзора по УрФО. А ближе мне Тюменская область – я родом из Надыма, работал долгое время в Тюмени.
Как вы относитесь к идее о присвоении аэропорту «собственного имени», как у большинства западных аэропортов – Шарль де Голль, Кеннеди? Когда-то была идея назвать аэропорт Дягилев.
Лучше оставить все как есть – географические названия; к слову, первое название аэропорта Парижа – Руасси, от названия города. Точка зрения о той или иной исторической фигуре, как показывает время, может меняться, а Большое Савино остается всегда.
Ранее сообщалось о том, что аэропорт находится в поиске базового перевозчика. Уже есть какие-то результаты (помимо «Аэрофлота» и базирования их «Суперджетов» в Перми)?
Ведем переговоры, но гарантировать их успешное завершение можно только после строительства нового терминала, когда уже не перевозчики станут привлекательны для аэропорта, а аэропорт – для перевозчиков, хотя бы благодаря тому, что новый терминал практически гарантирует рост пассажиропотока. Это лучше всего заметно по новому терминалу в Самаре – невзирая на ситуацию в экономике, там наблюдается увеличение трафика.
Если не ошибаюсь, они начали строиться в то же время, в которое могли начать строительство нового терминала у нас?
Да, все процессы происходили примерно в одно и то же время, жаль, что наши результаты не были столь же впечатляющими, как самарские. Впрочем, новый конкурс и новый инвестор наверняка помогут исправить положение дел.