горячие темы Смотреть Скрыть
Общество
Саратовская область
20 июня 2019, 10:03 0
Редакция «ФедералПресс» / Евгений Трухачев

Химикатам здесь не место. Жители Поволжья выступили против уничтожения опасных отходов по соседству

Активисты в регионах выходят на митинги с требованием запретить строительство опасных объектов
Активисты в регионах выходят на митинги с требованием запретить строительство опасных объектов

Планы «Росатома» по строительству заводов по обезвреживанию опасных отходов встретили недовольство жителей российских регионов. В некоторых из них активисты выходят на улицы, требуя от властей отказаться от этих производств, которые, по их мнению, ухудшат экологическую ситуацию. Защитники заводов утверждают прямо противоположное: именно без таких объектов России грозит экологическая беда. В ситуации разбирался «ФедералПресс».

Митинги и петиции

Всего «Росатом» планирует построить 7 заводов по переработке отходов I и II классов опасности. Четыре из них предполагается разместить на площадках бывших объектов по утилизации химоружия (УХО). Государство давно думало, что делать с этими предприятиями, которые уже выполнили свою задачу. Использование готовой инфраструктуры позволит снизить затраты на строительство, которые и так оцениваются в десятки миллиардов рублей.

Обнародование планов государства вызвало волнение и недовольство у местных жителей. Они и так долгие годы жили под страхом возможных аварий на объектах УХО, распускали разные слухи, связывали с ними рост случаев онкологии. И планы по ввозу в регион новых опасных реагентов им совсем не нравятся.

Активисты в регионах выходят на митинги с требованием запретить строительство этих объектов. Тринадцатого июня такая акция состоялась в Саратове, 17-го – в Кирове. На 22-е число запланирован протест в удмуртской Камбарке. Кроме того, митингуют против размещения потенциально опасных производств и в других близлежащих городах.

Участники акций опасаются ухудшения экологической ситуации, роста статистики онкологических заболеваний и смертности населения. Особенно всех встревожило, что проект реализует РосРАО – структура, занимающаяся захоронением радиоактивных отходов.

На платформе Change.org создана петиция о запрете строительства нового завода в Саратовской области. За три недели требования поддержали больше 28 тысяч граждан, и голосование активно продолжается благодаря тому, что тема раскручивается в соцсетях. Аналогичная петиция создана по поводу объекта в Удмуртии, ее пока поддержали чуть менее 11 тысяч человек.

«Радиоактивных отходов не будет»

По регионам гастролируют представители РосРАО, которые пытаются объяснить властям, общественникам, населению, что запланированные объекты не представляют никакой опасности. Хотя власти уговаривать им не нужно – они как раз готовы принять новую идею правительства на ура. Для них это дополнительный способ привлечения федеральных денег в регионы. Кроме того, заводы вписаны в национальный проект «Экология», поэтому их строительство – это еще и политический вопрос.

Например, комплекс, который планируется построить на базе бывшего объекта УХО в поселке Горный Саратовской области, будет стоить около 5 млрд рублей. Госзаказчик обещает создать 800 рабочих мест (в прежние времена на предприятии работало до тысячи человек), а также отчислять десятки миллионов рублей налогов в бюджеты разных уровней. Аналогичные обещания даются по поводу завода на месте объекта «Марадыковский» в Кировской области и в Камбарке.

Всех беспокоит, что именно будут свозить на эти объекты. Заместитель гендиректора РосРАО Максим Корольков на встречах успокаивал общество, а попутно старался развеять мифы об опасности объектов УХО. «Радиоактивных отходов в Горный никто не повезет. Все, закрыли эту тему», – отрезал Корольков в Саратове. То же самое он заявил на недавних встречах в Кирове и Удмуртии.

К объектам наивысших классов опасности относятся пестициды, яды, отработанные щелочи, кислоты и другие химикаты и содержащие их изделия – трансформаторы, конденсаторы, батарейки, пояснил Корольков. Уничтожение этих веществ будет «в тысячу раз безопаснее», чем те же манипуляции с химоружием, заявил представитель РосРАО.

Корольков пояснил также, что объекты УХО находятся «в таком месте, которое практически исключает негативное воздействие на окружающую среду». В зонах их нахождения не зафиксировано ни одного случая превышения ПДК вредных веществ, как ни разу не удалось доказать и негативное воздействие предприятий на здоровье людей.

efc8e823384637770a02c79ec0165860.jpg

«Инфраструктура полностью замкнута, поэтому не образуются сточные воды. Предусмотрена многоступенчатая очистка выбросов. Отходы обезвреживаются здесь же», – убеждал Корольков. Один из наиболее сильных аргументов – то, что новые производства будут построены по технологии, подсмотренной в Германии и Швеции. А там, как известно, эти заводы находятся прямо в черте городов и на них водят детей на экскурсии. Другими словами, не верите нам – поверьте немцам.

Аргументы против

На встрече в Саратове общественников и экоактивистов интересовало, по какой технологии будут уничтожаться опасные отходы. Представитель РосРАО внятно на этот вопрос не ответил. С одной стороны, как уже было сказано, за образец будет взят европейский опыт. С другой, Корольков заявил, что технологию еще только предстоит определить в ближайшее время. Участникам встречи удалось выудить из него только то, что сжигание в РосРАО на данный момент не считают приоритетным способом ликвидации отходов. Но, очевидно, оно будет использоваться, так как представитель госкорпорации обмолвился, что планируется ввести дополнительную систему контроля газов.

«Вы все-таки не ответили на конкретный вопрос: какие отходы повезут, – и мы поняли из этого, что вы сами этого до сих пор не знаете, но при этом утверждаете, что будет безопасная технология. Вы говорите о возвращении полезных материалов в оборот, но для каждого из таких материалов, будь то алюминий, магний, ртуть, есть своя технология. Значит, будет использоваться какая-то универсальная технология. Мы знаем только две универсальных технологии – это захоронение и термическое обезвреживание», – отметила эколог Ольга Пицунова.

Активист Александр Ермишин обратил внимание, что три предприятия планируется построить в бассейне Волги. По его мнению, это представляет угрозу для реки и живущих на ее берегах людей. Представитель РосРАО в ответ заметил, что охранная зона вокруг объектов УХО составляет 2–3 км и вблизи открытых источников воды не имеется.

2df67430588170428a3c8af803f8aa8c.jpg

«Здесь не место этой свалке. У нас в области смертность уже превышает рождаемость. У нас 80 % территории России пустует. Неужели нельзя найти место, куда это свозить? Зачем везти это туда, где живут люди? Зачем это везти к Волге? Это будет вредно для всего Поволжья, с верховьев до низу. У них экономическая целесообразность, а у нас жизнь на кону», – высказал мнение «ФедералПресс» саратовский эколог Борис Родин.

Несогласные указывают также на то, что власти не выполняют своих прежних обещаний – разместить на площадках УХО более безопасные производства или же закрыть их.

Аргументы за

По словам Королькова, остро стоит проблема с захоронением опасных отходов. Организации часто пользуются услугами «левых» компаний, которые выбрасывают вредный мусор где попало – во дворах, на пустырях, за гаражами. Перед государством стоит задача выстроить централизованную систему сбора и уничтожения опасного хлама. Платить за его обезвреживание придется юрлицам.

e01cc6963e3b657a377d66a9a9314c7c.jpg

Госпрограмму поддержала заведующая кафедрой экологии Саратовского государственного технического университета Елена Тихомирова. Он назвала критику проекта популистской и некомпетентной. «А что же вы кричите, что у нас в области 250 несанкционированных свалок, которые представляют собой весь химический набор? И когда эти свалки горят, все эти соединения уходят в воздух. Никого это не беспокоит? У нас 252 организации имеют лицензии на обращение с отходами I и II классов опасности, все они находятся у нас в черте города», – заявила ученый.

Еще один аргумент в поддержку проекта – экономический. Объекты УХО долгое время давали работу сотням жителей специальных поселков. Зарплаты у них, учитывая сложность и вредность производства, были приличными даже по городским меркам. На новом объекте им предлагают среднюю зарплату в 50–55 тысяч рублей в месяц.

«Поселок умирает, у нас нет никаких производств. Предприятия закрываются, люди уезжают, бросают свои дома», – обрисовал печальную ситуацию работник предприятия в Горном Александр Спиридонов.

Органы местного самоуправления также не одобряют «смутьянов»: они надеются, что госзаказчик поможет им обновить социальную сферу. На встречах было заявлено, что проект еще будет проходить обсуждение, в том числе в формате общественных слушаний. Правда, проходить они будут, по всей видимости, в местах размещения бывших объектов УХО – то есть там, где больше всего заинтересованных в появлении новых заводов.

b740ba8a37aff8feb2b798e10db45f5c.jpg

Мнение эксперта

Ярослав Князев, эксперт организации «Зеленый патруль»:

Отходы I и II классов опасности надо перерабатывать, утилизировать, а не как у нас зачастую бывает, когда отходы первого класса опасности начинают закачивать в карстовые пещеры. Конечно, они глубоко, но мы не знаем, какие будут подвижки грунта, через сколько поколений вылезет эта дрянь и пойдет наверх в грунтовые воды, как это скажется на здоровье будущих поколений.

Поэтому заводы нужны. В моем представлении, они должны строиться на максимальном удалении от крупных городов. Но вообще на удалении от любых поселков их построить нельзя, потому что мы просто туда не доставим рабочую силу. В любом случае в радиусе 30 км какой-то населенный пункт должен быть.

Не хотелось бы, чтобы протесты за экологию превращались в протесты против действующей власти. Эту логику часто используют не совсем добросовестные политики. Они начинают политическую борьбу превращать в борьбу экологическую. Экология и политика – это несколько разные вещи. Очень внимательно надо посмотреть, кто и зачем организует эти протесты. Иногда их устраивают, чтобы получить какие-то баллы в политической борьбе.

В то же время всегда все упирается в две вещи – проект и его исполнение. Зачастую у нас бывает по словам Черномырдина: хотели как лучше, а получилось как всегда. К сожалению, мы живем в своих реалиях, все пытаются экономить на всем, и исполнение хромает очень сильно.

Отказаться от ликвидации отходов мы не можем, потому что нам негде их складывать. Все сведется к тому, что их начнут опять где-то закапывать и заливать. У нас весы, на одной чаше которых законное уничтожение этих отходов, на другой – незаконное. Незаконное несет гораздо большую нагрузку на экологию. Но и с законным надо понимать очень простые вещи: проект должен быть проверен профессиональным сообществом и должен быть жесткий контроль.

Несогласным нужно сплотить вокруг себя профессионалов и непрофессионалов, которым они будут доверять и которые по пунктам этот проект пропашут, просмотрят все экологические риски и выдадут какие-то рекомендации по минимизации этих рисков. Нужно проконтролировать проект от и до, до каждой запятой, и тогда можно говорить, что риски сведены к минимуму. Но это не гарантия того, что ничего не произойдет. Экологические риски есть и от обычного автомобиля.

Фото: ФедералПресс / Евгений Трухачев

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе новостей дня.
Компании
Росатом
Присоединяйтесь к нам
Версия для печати
Комментарии читателей
0
comments powered by HyperComments
Twitter 1