Следующая неделя пройдет под знаком большой экономики. В центре внимания окажется Петербургский международный экономический форум, где Россия представит свое видение развития в условиях меняющегося мирового порядка и обсудит новые форматы сотрудничества с зарубежными партнерами. Одновременно начнет работать система СПОТ, которая меняет правила торговли внутри ЕАЭС, а нефтяной рынок будет готовиться к важному заседанию ОПЕК+ на фоне продолжающейся нестабильности на Ближнем Востоке. Насколько устойчивой окажется новая экономическая модель, которую Москва выстраивает в условиях глобальной турбулентности? Все подробности – в традиционной рубрике о контурах событий будущего «Смыслы недели».
ПМЭФ уже близко
Главным экономическим событием следующей недели станет Петербургский международный экономический форум. С 3 по 6 июня Санкт-Петербург снова будет площадкой, где власти, крупный бизнес и иностранные делегации сверят позиции по тому, как жить и торговать в условиях новой мировой экономической реальности. Тема форума в этом году звучит как «Прагматичный диалог – путь к стабильному будущему».
Судя по уже опубликованной программе, ПМЭФ-2026 задуман не только как внутрироссийская экономическая витрина, но и как демонстрация международных связей, которые Москва продолжает выстраивать вне западноцентричной модели. Организаторы говорят о представителях более чем 130 стран и территорий, а в деловой программе – более 150 сессий. Участники будут обсуждать широкий круг тем – от структурных изменений в российской экономике и промышленной политики до искусственного интеллекта, финансовой архитектуры и новых форматов партнерства.
Еще один сюжет – осторожное возвращение западной темы в повестку форума. СМИ сообщали о заявках западных предпринимателей, о планируемом бизнес-диалоге России и США и о визите официального представителя американской администрации. Насколько эти контакты окажутся символическими, а насколько практическими – один из вопросов недели.
«Самое главное ожидание от ПМЭФ – это сохранение интереса к вопросу взаимодействия бизнеса и государства. Мероприятие должно показать, что такой интерес сохраняется, а представители органов власти должны быть заинтересованы, чтобы бизнес услышал их позицию», – считает доктор экономических наук Владимир Климанов.
«ПМЭФ в этом году проходит в крайне сложной и турбулентной международной обстановке. Продолжаются конфликты на Украине и на Ближнем Востоке, усиливается военная и ядерная риторика, что повышает стоимость акций оборонных компаний, но в целом ухудшает глобальный инвестиционный климат и повышает уровень неопределенности для бизнеса.
Дополнительное давление создает мировая экономическая перестройка: торговые войны и пошлины США, новые санкционные ограничения против России, риски для морской логистики, включая атаки на танкеры и угрозы вокруг Ормузского пролива. Все это ведет к удорожанию логистики, росту инфляции и снижению уровня жизни во многих странах.
Для российской экономики ситуация также остается непростой. Переохлаждение экономики, налоговая донастройка, ограничения связи и интернета серьезно влияют на возможности малого и среднего бизнеса. Одновременно растет дефицит бюджета, а в условиях продолжающихся высоких госрасходов государству необходимо искать как новые источники доходов, так и механизмы привлечения частных инвестиций.
Поэтому ожидания от ПМЭФ скорее умеренные. Безусловно, будут крупные соглашения и региональные инвестиционные проекты, но ключевое внимание я бы обратил на выступление Владимира Путина. Именно оно задаст ориентиры экономической политики, подходы государства к бизнесу и приоритеты развития на ближайший период. Это станет главным сигналом для дальнейших стратегических прогнозов», – отмечает руководитель проектов КГ «Полилог», политконсультант Руслан Андреев.
СПОТ для ЕАЭС
1 июня в России заработает СПОТ – национальная система подтверждения ожидания поставки товаров. Новые правила касаются прежде всего компаний, которые ввозят товары из стран ЕАЭС автомобильным транспортом: из Казахстана, Киргизии, Армении и Белоруссии. Теперь такую поставку нужно будет заранее показать государству в электронном виде – еще до того, как машина с грузом пересечет российскую границу.
Проще говоря, СПОТ – это предварительная регистрация импортной поставки. Импортер должен оформить документ о предстоящей поставке, указать, что именно он везет, от кого, каким транспортом и на какую сумму, а также внести обеспечительный платеж. После проверки система выдает QR-код, который передается перевозчику. Без него автомобиль с товаром могут не пустить в Россию.
Для государства смысл новой системы – закрыть серые схемы при импорте из ЕАЭС. Сейчас часть контроля фактически происходит уже после ввоза товара, когда импортеры подают декларации и платят косвенные налоги. СПОТ переносит этот контроль на более ранний этап: налоговая и таможня получают информацию о поставке до пересечения границы и могут заранее понимать, кто, что и на каких основаниях ввозит.
«По сути это одна из форм расчетов, которая расширяет возможности обмена товарами, с соответствующей отсрочкой платежа или особым порядком оплаты .Если говорить об экономическом эффекте, то главное – это расширение расчетов и, как следствие, увеличение товарооборота. СПОТ – это сделка с оговоренной сегодня ценой, а фактическая оплата происходит в будущем по фиксированной согласованной цене.
Использование такой системы между странами, в том числе с участием европейских контрагентов, может способствовать росту товарооборота и внедрению дополнительных форм расчетов. Эта форма существовала и раньше; ее расширение пойдет на пользу, в итоге выиграют все стороны», – считает кандидат экономических наук Юрий Твердохлеб.
Нефтяной вопрос
7 июня семь стран ОПЕК+ проведут очередную встречу, на которой должны оценить ситуацию на нефтяном рынке и определить параметры добычи на июль. В центре внимания – Саудовская Аравия, Россия, Ирак, Кувейт, Казахстан, Алжир и Оман: именно эта группа в последние месяцы управляет постепенным пересмотром добровольных ограничений и пытается сохранить баланс между поддержкой цен и борьбой за долю рынка.
К июньскому заседанию ОПЕК+ подходит уже в изменившейся конфигурации. Накануне Объединенные Арабские Эмираты объявили о выходе из организации, объяснив это стратегическими соображениями и желанием большей гибкости в собственной энергетической политике. ОАЭ были одним из крупнейших производителей и обладали запасом мощностей, а значит, их выход ослабляет управляемость нефтяного рынка и добавляет напряжения в отношения внутри Персидского залива.
Но главный вопрос сейчас даже не в том, сколько баррелей участники ОПЕК+ готовы формально вернуть на рынок. Все большее значение приобретает логистика на фоне войны США и Израиля с Ираном.
«Я не жду, что будет принято решение об увеличении добычи, потому что в таких условиях, как сейчас, нет смысла ее наращивать. Во-первых, цена достаточно комфортна для всех членов ОПЕК+, поэтому зачем?
Во-вторых, фактор Ормузского пролива продолжает играть роль. Надо понимать, в чем дело: Катар и другие страны Ближнего Востока фактически не имеют возможности вывести нефть в порты, не расположенные на берегах Персидского залива. Это обусловлено не только местами расположения месторождений, но и железнодорожными сетями. Исключение – только Саудовская Аравия, и то там далеко не все объемы можно переправить через порт Джидда. Давно велись разговоры о строительстве трансаравийской магистрали, но строить ее начали только в сентябре прошлого года. Поэтому ситуация достаточно непростая.
Что касается ОПЕК+ – организация по-прежнему достаточно влиятельна. Но совершенно очевидно, что выход Эмиратов показал, насколько ее конструкция хрупкая. Захотели Эмираты – взяли и просто вышли. Ведь, по сути, ОПЕК – это такой неформальный клуб. Там нет жестких межгосударственных обязательств, но деятельность, по сути, строится на договоренностях членов ОПЕК.
Страны, не входящие в ОПЕК, ведут собственную политику в сфере добычи и поставок нефти. Поэтому как клуб – да, ОПЕК значима. Как глобальный регулятор мирового рынка нефти – да, бесспорно. Но в то же время это достаточно слабая структура: в ней есть свои подводные течения, и выход Эмиратов – наглядное тому подтверждение», – рассуждает промышленный эксперт, кандидат экономических наук Леонид Хазанов.
Фото: ФедералПресс / Иван Кабанов