После полутора лет сложных переговоров Дамаск и Москва достигли соглашения, определяющего судьбу российских военных объектов на сирийской территории. Как сообщило управление по связям с общественностью сирийского МИД, стороны подписали меморандум о взаимопонимании, который, по словам официального Дамаска, открывает «новую главу» в двусторонних отношениях. О значении этого соглашения и реакции на него Запада читайте в материале «ФедералПресс».
Бастион Ближнего Востока
Согласно условиям документа, российские военные базы в Хмеймиме и Тартусе не будут ликвидированы, а преобразуются в центры совместной подготовки военнослужащих, функционирующие в интересах обоих государств. При этом под контроль гражданской администрации Сирии постепенно перейдут все гражданские объекты инфраструктуры, включая аэродром Хмеймим. В МИД Сирии подчеркнули, что все предусмотренные преобразования должны быть завершены в срок, не превышающий трех месяцев.
Это соглашение стало возможным на фоне кардинальных политических изменений в регионе. В декабре 2024 года в Сирии произошел государственный переворот, в результате которого было свергнуто правительство Башара Асада. Тогда многие западные аналитики поспешили заявить о потере Россией ключевого плацдарма в Средиземноморье. Москва действительно вывела часть военно-морских сил из порта Тартус, однако, как отмечают международные наблюдатели, Кремлю удалось разрешить проблему в свою пользу.
Признали влияние
Китайское издание Baijiahao и польские журналисты указывают, что Россия «вышла невредимой» из ситуации резкой смены власти, сохранив военные базы под новым названием. Американское агентство Bloomberg называет сохранение присутствия в Хмеймиме и Тартусе крупным успехом Владимира Путина, позволяющим укрепить региональные позиции РФ и контролировать стратегически важный транзитный узел для операций на Ближнем Востоке и в Африке.
«Соглашение создает долгосрочную правовую основу для присутствия России в Сирии и одновременно упрочивает связи с переходным правительством президента Ахмеда Аш-Шараа», – утверждает собеседник Bloomberg.
Участие российских вооруженных сил в подготовке бойцов сирийской армии также укрепит доверие между Москвой и Дамаском.
Мнения экспертов
Объекты сохраняются
Политолог, эксперт ЭИСИ, директор Центра политического анализа Павел Данилин в беседе с «ФедералПресс» подчеркнул, что главным результатом соглашения стало фактическое сохранение российского военного присутствия.
«Надо сказать, что главным результатом достижения соглашения стало то, что наши базы остаются. Было много разных инсинуаций по этому поводу, но базы – наши. Россия будет сохранять присутствие и в Тартусе, и на авиабазе Хмеймим, и объекты ВМФ соответственно», – констатирует эксперт.
По словам Данилина, происходит не ликвидация, а изменение статуса объектов: гражданская инфраструктура переходит под управление Сирии, а военные объекты преобразуются в совместные учебно-тренировочные центры. При этом срок соглашения, заключенный еще в 2017 году на 49 лет, сохраняется в полной силе.
«Это означает, что объекты российского военного присутствия в Средиземноморье сохраняются для Российской Федерации. Тартус был важной опорой для работы оперативных соединений в Средиземном море, и он таковой остается; база остается опорным пунктом для российской авиации», – пояснил политолог. Он добавил, что реакция Запада, безусловно, будет негативной: «США, Турция, Израиль делали все, чтобы выкинуть Россию оттуда. Но российское присутствие было в интересах и самой Сирии».
Победили играючи
Политолог Владимир Киреев рассматривает ситуацию с точки зрения интересов нового сирийского руководства. По его мнению, Москва «победила, особо не приложив усилий – играючи», поскольку сотрудничество с Россией выгодно и нынешним властям Дамаска.
«Новому правительству Сирии Россия так же выгодна, как и предыдущему, потому что позволяет сохранить дистанцию от крупных региональных игроков», – отмечает эксперт. Он выделяет два ключевых фактора: финансовые поступления (Россия платит за использование баз) и возможность балансировать между Турцией и Израилем, проводя более независимую политику.
Киреев обращает внимание на парадокс: правительство, фактически исламистское, было приведено к власти при поддержке Турции и Израиля, однако уже сейчас между ними возникают точки напряжения. «Сирия, как и предыдущие правительства, пытается блокироваться с Ираком, видя в нем в целом дружественную страну. Россия – это традиционный партнер арабских стран не по причине того, что мы просто сентиментально любим друг друга, а по причине того, что нам выгодно сотрудничать», – подчеркивает политолог.
Что касается реакции Запада, то она, по мнению Киреева, не будет монолитной: «Запад» – это тоже растяжимое понятие: много стран, много мнений. Даже в ненавидящих на данный момент Россию европейских странах существуют голоса, которые говорят о том, что присутствие России на Ближнем Востоке в целом все равно балансирует этот регион, позволяет ему быть более стабильным».
Эксперт добавляет, что Россия выступает еще одним каналом коммуникации, который может косвенно способствовать более сдержанной политике нового сирийского руководства. «Это канал, через который можно транслировать: перед Россией нельзя показывать неуважение к нормам, ценностям, которые приняты в современном мировом сообществе», – заключил собеседник «ФедералПресс».
Фото: пресс-служба Министерства обороны Российской Федерации / mil.ru; пресс-служба Администрации президента РФ / kremlin.ru; ФедералПресс / Герман Парло