Общество
  1. Общество
Общество
Челябинская область
1

Жить прошлым или двигаться вперед? Челябинцы взбунтовались против культурного наследия

Жители Челябинской области взбунтовались против культурного наследия. По мнению некоторых горожан, объектов, которые охраняются законом, стало слишком много. Внесение домов в специальный реестр сильно усложняет их использование. Власти не видят проблемы и, напротив, считают правильным защиту строений от сноса и изменений. Мнения сторон конфликта – в материале «ФедералПресс».

Жить и не дышать

В Общественную палату города Челябинска стали все чаще обращаться жители старинных домов. Люди жалуются, что не могут добиться проведения капитального ремонта. Некоторые объекты и вовсе впору сносить, однако закон, который охраняет объекты культурного наследия, не позволяет этого сделать. Горожане шутят, что боятся даже дышать на свои дома.

По закону дома из реестра объектов культурного наследия нужно ремонтировать так, чтобы был восстановлен их первоначальный вид. «А реставрировать так не получится. Люди рассказывают, что часто в старых домах насыпные потолки, которые осыпаются, а в квартирах уже натяжные потолки, где-то есть старинная лепнина, которую невозможно восстановить в первозданном виде, к примеру, и это большие трудности, – рассказал член Общественной палаты города Челябинска Владимир Добрынин. – А как гражданам добиться сноса и расселения их ветхих домов, которые охраняются законом? Это очень сложные процедуры».

При этом членов челябинской Общественной палаты удивил сам список объектов культурного наследия. Только в Челябинске в нем насчитывается 211 адресов. Некоторые из них уже перестали быть актуальными, так как «памятник утерян», говорится в документе. В списке есть комплекс объектов на Алом поле, включая расположенный там Дворец творчества детей и молодежи (бывший Дворец пионеров), городскую больницу № 1 на улице Воровского, в которой в 1918 году «на излечении находился Блюхер В. К.». Отдельно выделена ограда этой больницы. Также на Воровского есть такие памятники, как земская школа и гостиница. На улице Гагарина памятником признан дом № 2 – «здание, где погиб милиционер Харлов Л.». Много строений на улице Елькина также занесено в реестр памятников: усадьба Стахеева, дома Берестова, Ахунова, каменная кладовая, а также дома, возведенные в XIX веке, и дом, где всего один год «работал заслуженный работник МВД СССР Мартынов Ф. К.» Богата старинными домами улица Карла Маркса, где расположено немало старинных невысоких жилых и купеческих домов, есть также «Лавка», «Гараж для дилижансов». Соответственно, на улице Кирова сохраняются дома купцов, которые, бесспорно, являются частью истории города и региона. В одной из квартир дома под номером 39 на улице Сони Кривой работала писательница Людмила Татьяничева – в итоге памятником признано все строение.

Здесь же числится Дом купеческий по улице Береговой, который городские власти пытаются выкупить у собственника – коммерческой фирмы, которая ранее за свой счет провела его дорогостоящую реставрацию и не собиралась переезжать. Дом планируется снести ради постройки новой развязки. Работы ведутся в рамках подготовки к саммитам ШОС и БРИКС, которые пройдут в Челябинске летом 2020 года. Среди других проблемных объектов – дом на улице Ленина, который получил известность после падения его балкона. Теперь требуется построить такой же, но восстановить первоначальный вид дорого и проблематично: технологии уже не те.

«Вот, например, дом, где погиб милиционер Харлов, – рассуждает Добрынин. – Он погиб на улице. При чем здесь дом? Там люди живут, и им сложно какой-то серьезный ремонт провести, к примеру. Или есть еще такие объекты, как просто «жилые дома». И что? Мы проводим круглые столы по этой теме. Челябинск вообще начал развиваться относительно не так уже и давно, а домов исторических уже много. Взять ту же чаеразвесочную фабрику: экспертизы проведены, а что делать дальше? Восстанавливать ее первоначальный вид слишком сложно и дорого, снести нельзя. Мы считаем, что нужно провести ревизию памятников культурного наследия, потому что не все обоснования включения объектов в реестр охраняемых понятны. И наоборот. Взять бывший часовой завод. Что от него осталось? Он переделан в торговый комплекс. Почему?».

Искать ответы на эти вопросы общественники пытаются на встречах и круглых столах с чиновниками, однако договориться пока не удается.

Бизнес против истории

Нередко старинные дома используются не в качестве жилых, а как коммерческая недвижимость. И ее собственники тоже сталкиваются с множеством проблем. Дело в том, что под охрану попадают не только дома и иные исторические и культурные объекты, а также территории в радиусе 200 метров от них.

«В итоге весь центр города у нас похож на арену боевых действий. В реестр поставлено столько объектов, что практически построить что-то новое уже невозможно, потому что все уже в этих охранных зонах, – рассказывает руководитель организации «Комитет народного контроля» Антон Никулин. – Кроме того, в реестр выявленных по области включено порядка пяти тысяч объектов культурного наследия, значительная часть из них именно в Челябинске, и это такие неразорвавшиеся бомбы: в любой момент могут провести экспертизу и признать их памятниками. Вокруг них на территории радиусом 200 метров тоже нельзя будет строить, плюс страдает сам собственник такого дома, потому что появляется очень много ограничений, и с такими домами ничего нельзя сделать без разрешения комитета по охране, а получить его сложно. Экспертизу может провести как государство, так и частник. Получается такая ситуация: приходит инвестор, который хочет работать на какой-то территории, и тут кто-то поблизости находит объект, который включает в предварительный реестр выявленных памятников. Застройщик, который даже на пустом месте хочет что-то построить, попадает в ловушку».

При этом, по словам специалиста, в соседнем Екатеринбурге, который начал застраиваться раньше, чем Челябинск, и имеет больше старинных домов, процедура внесения объектов в реестр охраняемых гораздо сложнее. «Там бывали ситуации, когда рядом с местом будущего строительства появлялись активные общественники, которые находили старинные дома по соседству и ставили условия по деньгам: хотите, чтобы мы отказались от своих планов – платите. Сейчас там нашли механизм борьбы с этим, а у нас такая система еще работает. Группа «Архистраж» пишет заявление и прилагает фотографии, и этого достаточно. У нас «отступных» денег не просят, но настойчиво рекомендуют заказывать дорогостоящую экспертизу», – говорит Никулин. И таких экспертиз, бывает, требуется несколько: к примеру, архитектурная, культурно-историческая. Их стоимость составляет в среднем около ста тысяч рублей.

Все это приводит к снижению инвестиционной привлекательности города, так как предприниматели не хотят рисковать своими вложениями, которые могут вмиг оказаться напрасными. Как известно, проектирование новых зданий стоит дорого, как и покупка уже существующих.

Проблемы надуманы?

В госкомитете, который работает с памятниками архитектуры, не признали сложность ситуации.

«Проблем не бывает, когда нужно какое-то переоборудование, – прокомментировал ситуацию председатель государственного комитета охраны объектов культурного наследия Челябинской области Александр Баландин. – Обращаются к нам и разрешение на работы внутри квартиры получают, потому что обычно объектом охраны является, как правило, фасад здания. Решается вопрос на уровне области: когда на капремонт объектов культурного наследия средств не хватает – дополнительно выделяются из бюджета. Это связано с тем, что это здания особой архитектуры: там особая отделка, лепнина, отделка камнем и так далее. Эти работы не предусмотрены при расчете оплаты в фонде капитального ремонта. Эти средства будут браться не из кармана граждан. Таких жалоб у нас не было. Даже если это жилье ветхо-аварийное, это жилье не сносят. Его муниципалитет забирает в свою собственность, консервирует до лучших времен, когда он будет реставрироваться, а граждан переселяют».

Относительно перспективы признавать объектами культурного наследия не целые дома, а отдельные квартиры эксперт сообщил, что такая практика существует в России, однако, по его данным, на Южном Урале пока нет ни одной мемориальной квартиры. Напомним, такие чаще всего становятся музеями.

К слову, Александр Баландин опроверг информацию о том, что внести дом в реестр объектов культурного наследия просто. По его словам, сначала строение вносят в список предварительно выявленных ОНК и рассматривают на научно-методическом совете, после чего его изучают аттестованные эксперты. Эти процедуры чаще проводятся за счет средств бюджета.

Член совета по культурному наследию при госкомитете охраны объектов культурного наследия Челябинской области и координатор группы «АрхиСтраж» Юрий Латышев заявил «ФедералПресс», что в последний раз выступал с инициативой о внесении многоквартирного дома в реестр объектов культурного наследия в 2012 году. Проблем с капитальным ремонтом особых домов он тоже не видит.

«Ерунда! – заявил Латышев раздраженно. – Есть даже программа, ей вроде бы Шаль занимается (Сергей Шаль, заместитель губернатора Челябинской области. – Прим. ред.). Другое дело, что нужны дополнительные средства, компенсация из бюджета. Как правило, люди выступают потому, что они не платят за капитальный ремонт, у них даже взноса нет, не хватает. Я знаю, что тот же «Городок чекистов» ремонтируют. Вопрос платежеспособности граждан, надо с этим разобраться. Если они законопослушны, а им отказывают, с этим надо разбираться».

По мнению краеведа, противники постановки домов под охрану преследуют коммерческие цели в ущерб историческому наследию.

Фото: ФедералПресс / Елена Мицих

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе новостей дня.
Регионы
Челябинск
Версия для печати
Комментарии читателей
1
comments powered by HyperComments
Telegram 1