Общество
  1. Общество
Общество
Республика Крым
0

«Дыры в законодательстве». Почему в Крыму не решается проблема застройки прибрежной территории

Севастополь
Прибрежная территория в Крыму и Севастополе живет по двойным стандартам.

Сразу после воссоединения Крыма с Россией чиновники самых разных уровней много говорили о необходимости навести порядок на прибрежных территориях, где за годы пребывания республике в составе Украины выросли тысячи незаконных построек. Однако пока ситуация ограничилась парой «образцово-показательных» сносов приморских строений в Алуште. Дальше этого дело не идет. Мало того, рядом с морем на основании сомнительных с точки зрения закона разрешений Росприродназора и других ведомств возводятся новые многоэтажные дома и гостиницы. Почему так происходит – разбирался «ФедералПресс».

По российскому законодательству водоохранная зона – 500 метров. По украинскому – 300. Поэтому после воссоединения Крыма с Россией тысячи частных строений крымчан, даже полученных с соблюдением украинского законодательства, оказались как бы вне закона. Что же говорить о многочисленных самостроях. Конечно, российская власть не могла не учитывать постукраинских реалий в Крыму. И большая часть небольших частных построек так или иначе была узаконена. Все бы ничего, если бы местные чиновники не пытались превратить эту ситуацию в кормушку. «Переоформление собственности в прибрежных зонах было связано с большой нервотрепкой для многих крымчан. Местные чиновники меняли законодательство дважды за два года. При этом после изменений процедура оформления документов должна была проходиться заново. Чиновниками постоянно выдвигались новые требования, которым якобы должны отвечать строения в защитной прибрежной полосе. Все это наводит на мысли, что процесс затягивается нарочно, чтобы люди вынуждены были давать взятки», – рассказал в интервью «ФедералПресс» крымский публицист Константин Кеворкян.

экспертное мнение
Константин Кеворкян
23.07.2020, 07:00

«Ударит по больному – свободному доступу к морю». Публицист о создании игорной зоны в Крыму

И все бы ничего: крымчане в целом довольно законопослушны и лояльны к новой власти, поэтому терпеливо проходили процесс переоформления. Однако, по словам Кеворкяна, очень для многих стало большой неожиданностью, что и после того, как Крым перешел под российскую юрисдикцию, в теперь уже пятисотметровой водоохраной зоне Черного моря продолжилось строительство капитальных многоэтажных домов. «Глядя на то, как, например, застраивается многоэтажными домами Приморский парк в Ялте, многие крымчане задаются вопросом: получается закон у нас не для всех? И таких примеров немало», – отметил собеседник «ФедералПресс».

По мнению крымского общественника Александра Талипова, сложность ситуации в том, что по-прежнему приходится учитывать бывшую украинскую специфику, а российское законодательство зачастую чиновники трактуют весьма вольно. «Часто крымские чиновники говорят о некой стометровой защитной полосе, где нельзя ничего строить. Но эта зона не закреплена ни в российском законодательстве, ни в региональных законах. Была при Украине такая норма СанПиНа, согласно которой запрещалось строительство капитальных зданий ближе ста метров от уреза воды. В этой зоне запрещалось любое строительство. Вот на нее и любят почему-то ссылаться чиновники», –поясняет Талипов.

Но даже эти стометровые полосы часто включают в себя пляжи. По словам эксперта, под видом благоустройства при Украине там ставились некие временные объекты по обслуживанию отдыхающих. Однако постепенно под видом реконструкции к этим объектам прирастали этажи, и так появлялись многоэтажные здания, которые по документам значатся как эллинги. Де-факто это «наследие Украины», которому сейчас ничего не грозит.

А ныне действующий водный и земельный кодекс РФ хотя и предусматривает полукилометровую защитную прибрежную полосу, допускает в некоторых случаях капительное строительство в этой полосе. «В этом и коллизия, – считает Талипов. – По сути, это просто зона с особым режимом использования. Там запрещена любая деятельность, если она не согласована с различными организациями. Но если, например, удалось утвердить генеральный план муниципального образования, в котором будет предусмотрено, что гостиница стоит на берегу и посетители с верхнего балкона могут прыгать в море, то это будет допустимо. Нет жесткого требования, что такое невозможно».

В результате, по его словам, в Крыму повсеместно устанавливаются таблички, предупреждающие о наличии водоохранной зоны. Но в реальности это не только не способствует сносу старых незаконных строений. Но и не особенно препятствует строительству новых. «За шесть лет мы увидели пару «ритуальных» сносов строений на набережной в Алуште. Так называемый Приморский парк, считавшийся жемчужиной Ялты, застроен так, что непонятно чего больше – домов или деревьев. Этот процесс начался при Украине и, к сожалению, продолжился при России. В последние годы строительства в Ялте меньше, но в основном потому, что застраивать уже особенно нечего» – рассказал «ФедералПресс» крымский общественник Сергей Ильченко.

Он тоже считает, что проблема – в непроработанной законодательной базе. «Глава Крыма Сергей Аксенов уже не раз выпускал грозные указы, которые никто и не думает выполнять. В том числе потому, что чиновники понимают: по вопросу сноса незаконных строений в Крыму привлечь их будет трудно. Федеральное законодательство накладывается на республиканское. В результате возникают лазейки, которыми пользуются застройщики», – отметил Ильченко.

По его сведениям даже бывшие активные майданщики, а ныне депутаты Верховной Рады вроде Ольги Богомолец, попавшей под российские санкции, имеют недвижимость в прибрежных зонах Крыма. Богомолец вместе с другими депутатами Рады якобы имеет в собственности жилой дом в микрорайоне Профессорский уголок, и их «никто не трогает».

Александр Талипов указывает еще на один факт: активными застройщиками прибрежной зоны выступают в том числе и компании, которые раньше были связаны с руководством Республики Крым. В частности, фирма «Консоль». «На сайте этой фирмы «Консоль» можно найти немало предложений для желающих купить недвижимость прямо на побережье Черного моря. А в Феодосии есть, например, есть пункт проката пляжного инвентаря шестиэтажный, расположенный в 10 метрах от уреза воды. В итоге складывается ощущение в бессилии власти, поскольку за 6 лет ситуация не изменилась. Хотя ещё в 2017 году выделялись десятки миллионов рублей на снос нескольких объектов недвижимости в профессорском уголке в Алуште. Но и там ничего не было сделано», – рассказал Талипов.

Он также отметил, что ныне осужденный вице-премьер республики Крым Виталий Нахлупин в 2017 году заявлял, что собрана информация о тысячах объектах, подлежащих сносу в прибрежной зоне Крыма. «В 2017 году за Нахлупиным была закреплена обязанность сноса незаконных объектов. Допустим, этот чиновник отстранен от власти, но данные о выявленных объектах остались, специалисты никуда не делись. Почему никто ничего не делает – это вызывает вопросы», – отметил Талипов.

Остро, по его словам, стоит в Крыму и в окрестностях Севастополя и проблема вырубки реликтовых можжевеловых рощ под застройку. «В частности, в бухте Леспе под Севастополем было вырублено порядка полутысячи реликтовых можжевеловых растений,– рассказал крымский общественник. – По моим данным, занимались этим строительные фирмы, завязанные на экс-министра обороны Украины Павла Лебедева. Там построены два дома, планировалось построить еще три. Но из-за вмешательства общественности, строительство приостановлено, идут суды».

Системной работы по защите водоохранной зоны и зеленых насаждений в Крыму не ведется, утверждает Талипов. Достаточно сказать, что буквально накануне глава Крыма уволил руководителя республиканского республиканского Госстройнадзора Юрия Прихожанова. Одной из причин отставки называют то, что он закрывал глаза на строительство спорных строительных объектов».

Фото: ФедералПресс / Оксана Порицкая

Добавьте ФедералПресс в мои источники, чтобы быть в курсе новостей дня.
Присоединяйтесь к нам
Версия для печати
Загрузка...
Комментарии читателей
0
comments powered by HyperComments
Vkontakte 1