Договоренности США и Ирана о прекращении боевых действий и открытии Ормузского пролива уже привели к снижению мировых цен на нефть. Для России урегулирование конфликта может иметь неоднозначные последствия: уменьшение геополитической премии в нефтяных котировках создает риски для экспортных доходов и бюджета, однако восстановление судоходства способно снизить транспортные и страховые издержки, а также ослабить глобальное инфляционное давление. «ФедералПресс» разбирается, о чем договорились Вашингтон и Тегеран и как новая конфигурация на Ближнем Востоке может отразиться на российской экономике.
О чем договорились США и Иран
О достижении договоренностей между США и Ираном стало известно вечером 14 июня. Первым о результатах переговоров объявил премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф. Исламабад выступал одним из главных посредников между Вашингтоном и Тегераном вместе с Катаром.
По словам Шарифа, после интенсивных переговоров стороны согласовали прекращение военных действий. Премьер Пакистана заявил, что речь идет о немедленном и постоянном завершении операций «на всех фронтах, включая Ливан». Официальное подписание меморандума запланировано на пятницу, 19 июня, в Швейцарии. До этого посредники должны организовать подготовительные встречи и заложить основу для дальнейших технических переговоров.
Вскоре договоренности подтвердил президент США Дональд Трамп. Он объявил, что сделка с Исламской Республикой Иран «завершена», распорядился снять американскую военно-морскую блокаду иранских портов и разрешить свободное судоходство через Ормузский пролив.
«Суда всего мира, запускайте двигатели. Пусть течет нефть!» – написал американский президент.
Позже Трамп уточнил, что фактическое открытие пролива должно начаться после подписания меморандума 19 июня. По его словам, сначала предстоит разминирование акватории, после чего поставки нефти смогут постепенно возобновиться. Американский лидер назвал соглашение шагом, который должен принести мир и безопасность всему Ближнему Востоку.
При этом достигнутая договоренность пока не решает всех противоречий между США и Ираном. Фактически стороны согласовали рамочный меморандум, который должен остановить боевые действия и открыть путь к более масштабному урегулированию. После подписания документа Вашингтон и Тегеран намерены провести 60-дневные переговоры по наиболее спорным вопросам.
В их числе – будущее иранской ядерной программы, судьба запасов высокообогащенного урана, поэтапное снятие американских и международных санкций и механизмы контроля за исполнением будущих договоренностей. Вашингтон настаивает на гарантиях того, что Иран не сможет получить ядерное оружие. Тегеран, в свою очередь, заявляет о мирном характере своей атомной программы и требует отмены ограничений, введенных против страны.
Иранские власти подтвердили согласование текста меморандума, однако подчеркнули, что приступят к его исполнению только после официального подписания и проверки выполнения американской стороной своих обязательств. Заместитель министра иностранных дел Ирана Казем Гарибабади заявил, что все действия Тегерана будут носить взаимный характер и зависеть от шагов Вашингтона.
По словам дипломата, во время переговоров Иран добился включения в текст значительной части своих предложений. Гарибабади представил договоренность не как уступку США, а как результат сочетания военного давления и дипломатической работы Тегерана. Иранские государственные СМИ также преподнесли меморандум как свидетельство того, что Вашингтон был вынужден согласиться на прекращение войны.
Одним из наиболее чувствительных вопросов остается режим судоходства в Ормузском проливе. Трамп говорит о его свободном и беспошлинном открытии для международных перевозок. Иранская сторона, однако, подчеркивает, что порядок движения судов и вопросы безопасности должны регулироваться при участии Тегерана и Омана. Поэтому сроки полноценного восстановления нефтяного транзита могут оказаться более продолжительными, чем следует из заявлений Белого дома.
Отдельной частью договоренностей стало прекращение боевых действий в Ливане. Этот пункт едва не сорвал переговоры: в день объявления сделки Израиль нанес новый удар по южным пригородам Бейрута, где расположены позиции движения «Хезболла». Тегеран после атаки рассматривал возможность выйти из переговорного процесса и возобновить ответные действия.
Израиль официально не участвовал в американо-иранских переговорах и сразу после объявления меморандума не представил развернутой публичной позиции. Ранее израильские власти заявляли, что намерены сохранять свободу действий против «Хезболлы» в Ливане. Это противоречит позиции Ирана, который сделал полное прекращение израильских операций на ливанской территории одним из условий сделки.
На этом фоне в отношениях Трампа и премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху появились новые разногласия. Американский президент призвал все стороны отказаться от дальнейшей эскалации, а в интервью назвал Нетаньяху «очень сложным человеком». По данным СМИ, Трамп отдельно проинформировал израильского премьера о ходе переговоров с Ираном.
Реакция Москвы и последствия сделки для России
В Москве возможность урегулирования обсуждалась во время телефонного разговора Владимира Путина и Дональда Трампа 14 июня. По словам помощника президента России Юрия Ушакова, американский лидер сообщил, что соглашение по Ирану близко и результаты переговоров могут быть объявлены в тот же день. Путин выразил удовлетворение тем, что конфликт, способный охватить не только Ближний Восток, судя по всему, удается остановить.
Ранее пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков призывал США и Иран проявить сдержанность и вернуться к политико-дипломатическому урегулированию. В Кремле предупреждали, что новая эскалация грозит негативными последствиями как для региона, так и для всей мировой экономики. Отдельного официального заявления российских властей уже после объявления окончательного текста меморандума на момент подготовки материала опубликовано не было.
Первой на договоренности отреагировала мировая экономика. После сообщения об открытии Ормузского пролива стоимость нефти Brent снизилась более чем на 4 доллара за баррель, а американская WTI подешевела более чем на 4%. Одновременно выросли основные азиатские фондовые индексы. Реакция рынков показывает: инвесторы рассчитывают на постепенное восстановление поставок энергоресурсов и снижение рисков нового нефтяного шока.
Именно динамика нефтяных цен, сроки восстановления судоходства и условия возвращения иранской нефти на мировой рынок станут главными факторами, через которые американо-иранские договоренности могут повлиять на ситуацию внутри России.
«Понятно, что разблокировка Ормузского пролива – это, естественно, хороший знак для нефтяного рынка, но не очень хороший для России. Рост товарооборота через пролив означает, что нефти будет поступать на мировой рынок все больше и больше. А это значит, что цена на нефть, естественно, будет снижаться. Сегодня она где-то на 4% снизилась – вполне серьезно. Более того, поутру фьючерсы на российскую нефть Urals снижались на 7 процентов», – рассуждает инвестор, финансист, профессор ВШЭ Евгений Коган.
По его словам, закрытие Ормузского пролива и стремительный рост цен на нефть могли привести к резкому замедлению темпов роста мировой экономики и к мировой депрессии, которая, в свою очередь, могла бы долгосрочно ударить по спросу на нефть, металлы и все прочее. «Так что, понимаете, для нас ситуативно падение цены на нефть – это, конечно, плохо. С другой стороны, почувствуем мы это где-то через месяц, когда будут поступать деньги за продаваемую нефть по текущим ценам. А может быть, даже через полтора. А там многое может измениться. Меморандум о взаимопонимании не означает, что «любовь таки настала». Нюансы. Любовь – штука ветреная», – отмечает Коган..
Иного мнения придерживается финансист, кандидат экономических наук Михаил Беляев. «На самом деле, это особо не повлияет на Россию», – считает он.
По словам Беляева, во-первых, на восстановление логистической цепочки, особенно с катарским газом, потребуется как минимум 2–3 месяца: многое нарушено, судоходство было остановлено, многие производственные мощности выведены из строя. «Нас волнует только этот вопрос. Но поскольку мы и так видели, что никто не собирается поднимать цены – несмотря на прогнозы некоторых «энтузиастов» о $120 за баррель, – было ясно, что это фантазийные усмотрения. Цены так и будут держаться в районе $80–90 за баррель, потому что это устраивает и продавцов, и покупателей», – говорит экономист.
Никакого обрушения нефтяных цен, по его словам, тоже не будет. «Если кто-то ждет, что после открытия пролива цена упадет чуть не до $40, – ничего такого не произойдет. Все останется в районе тех же $80–90 за баррель. Для нас это самый главный показатель», – говорит Беляев.
Часть поставок уже была переориентирована в связи с закрытием Ормузского пролива: Индия и Китай увеличили закупки, прогнозирует эксперт. «Более того, по «Сахалину-2» продлили исключения из санкций для Японии. Так что все останется как есть – закрепление позиций, которые уже были сформированы. Ждать каких-то потрясений нам не придется. Скорее всего, произойдет консолидация текущего положения – и по ценам, и по объемам», – заключает Беляев.
Изображение сгенерировано с помощью ИИ / Маргарита Неклюдова
Конфликт на Ближнем Востоке