Ряд западных изданий, в частности, ВВС, заявил, что Россия оказалась не готова к пандемии коронавируса. Якобы российские меры по инвентаризации медицинской инфраструктуры не были предусмотрены сразу. Притом что в России 36 тысяч 793 случая заражения коронавирусной инфекцией, свыше 3 тысяч выздоровлений и 313 смертей, а в тех же США – более 706,7 тысячи случаев заражения и свыше 37 тысяч смертей. Российский политолог Дмитрий Журавлев напомнил, что меры по профилактике коронавируса в стране были приняты задолго до появления эпидемии.
Дмитрий Анатольевич, правда ли, что мы оказались не готовы к пандемии коронавируса?
— В увязке с критикой, звучащей в ряде западных СМИ, в том числе ВВС, что якобы Россия оказалась не готова к пандемии, отмечу, что меры в России были предусмотрены заранее. Мы видели, как коронавирус распространяется в Китае, и принимали свои решения. Может быть, в этом наше преимущество перед Западом. У нас с советского времени сохранилась система по борьбе с эпидемией в составе гражданской обороны. Меры, которые приняты одновременно с появлением болезни у нас, были адекватны. Москва стала центром атаки, но так происходит почти во всех крупных городах мира. Ко времени распространения болезни мы имели запас медицинского оборудования и помогали другим странам, а не они нам.
Сегодня Россия продолжает наращивать свои ресурсы, поскольку пандемия не прошла своего пика. Но у нас люди не лежат на улицах. Слава Богу, в отличие от Италии и США, в России не ставится вопрос, кого подключить, а кого нет, к аппаратуре.
Европейские эксперты в числе одной из возможных причин распространения коронавируса в Италии (и высокой летальности) называют низкую санитарную обработку больниц и поликлиник. Как с этим обстоит у нас?
— В борьбе с пандемией главное – системность. Это преимущество мы унаследовали с советских времен. Тут и санитарная обработка, и обследование граждан, необязательно больных. Сегодня много бессимптомных зараженных, и широкое обследование людей с применением современной техники необходимо. Насколько я помню, МРТ применяется в России в большей степени, чем на Западе. Под это в Москве работают специализированные клиники и поликлиники. В США есть специализированные центры, где люди могут лечиться, если у них есть страховки. В Москве есть поликлиники, которые работают на раннее обнаружение болезни через систему магнитного резонанса. Я не слышал, чтобы этот метод массово применяли на Западе. Думаю, если бы это было, то американцы кричали бы о нем из всех утюгов.
Почему тогда в западных СМИ пишут о том, что Россия к коронавирусу оказалась не готова?
— Это дискредитация России и попытка создать конфликт между населением и властью. Мол, смотрите, как власть плохо вас лечит и защищает. Существует же внутренняя презумпция вины власти, что неплохо для любого цивилизованного общества. Но еще западные СМИ используют этот способ, чтобы оправдать местные власти перед собственным населением. Иначе говоря, посмотрите, какие мы молодцы, а русские – варвары. Если Россия лучше, к примеру, США борется с эпидемией, тогда рушится вся их идеологическая конструкция. И тогда многое меняется и в политике, и в экономике, и во внутреннем управлении странами. И тем же итальянцам свой провал легче признать, чем, к примеру, американцам. Я месяц назад общался с коллегой из США. Он говорил о том, что в США штаты обладают достаточным объемом полномочий и все у них будет хорошо. А в России, по его словам, будет плохо с нашей жесткой вертикальной структурой управления регионами. Но оказалось, что все не так. С одной стороны, вертикальная структура нужна для борьбы с пандемией. С другой – президент вовремя дал больше полномочий главам субъектов.
Недавно президент на совещании с членами правительства объявил о дополнительных средствах для регионов на поддержку в связи с коронавирусом. Как это поможет субъектам?
— У нас давно даны полномочия. Но для борьбы с пандемией вертикальная структура необходима. И на каждом этапе должна быть возможность принятия решений. Как административного, так и финансового характера. Сегодня была принята своевременная мера по ослаблению бюджетной дисциплины. Надо решать вопросы, а не исполнять некую процедуру, которая нужна в обычной ситуации. Мы это делаем. Нужно спасти человеческие жизни и при этом не разрушить экономическую и социальную инфраструктуру. В первую очередь это касается Москвы, но также и регионов. Передавая губернаторам полномочия, мы их делаем лоцманами этой лодки. Где-то должны быть более жесткие, где-то более мягкие решения. Если в регионе один больной, то тотальный карантин бессмысленный. Нельзя допускать нового ввоза болезни в регион. Если много больных, то нужны более жесткие меры. Поэтому регионам должна быть дана свобода. Им на местах какие-то вещи лучше видны. Недаром федеральный штаб по борьбе с коронавирусом возглавляет мэр Москвы. Это принцип, по которому выстроена базовая структура по борьбе с коронавирусом.
Если средства выделены, то главы регионов сами решают, куда их лучше направить. Либо они должны пойти на закупку оборудования, как во Владимирской области, либо, если зараженных немного, потратить эти средства на систему контроля. Единственное, жестко маркированы средства, которые выделены на надбавки медработникам, и это абсолютно логично. Но, о чем президент и говорил, есть опасность, что где-то срежут региональные надбавки. Впрочем, Минфин обещает за этим проследить.
А как в США?
— Там есть традиция давать больше свободы штатам. Но реализовать эту традицию им не удалось в достаточном количестве. Они ввели чрезвычайное положение по всех штатах. Да, это региональная процедура, губернатор обращается к президенту. Но по факту это означает увеличение полномочий федеральных органов власти. Круг замкнутый получается.
Почему даже в нынешних условиях Запад не снимает санкций?
— Этот призыв снять санкции уже звучал из уст генсекретаря ООН, который явно не является сторонником антиамериканских действий. Но ему не вняли. Здесь классика. Эгоизм бизнесмена и политика, когда чужая беда – это мой успех. Такая тактика давала результаты. Но пандемия не понимает государственных границ. Микроб карты не видел, он просто распространяется. Таким образом, распространяя санкции, западные страны бьют себя по затылку, тем самым усложняя борьбу этих стран с пандемией. Да, мы и с санкциями победим коронавирус.
Но представьте, есть страны, где это сделать сложнее. И если там действуют санкции, а заражение остается, угроза вырывается вновь и возвращается на Запад. Даже сейчас на отдельном континенте в США пандемия жестче, чем в России, где есть общая граница с Китаем. Они не понимают, что болезнь нанесет больший ущерб. При экономическом кризисе эта логика не снимать санкции была бы, пусть и аморальная. Но теперь усложнить кому-то борьбу с пандемией – это усложнить ее всему человечеству.
Фото: ФедералПресс / Полина Зиновьева
Пандемия коронавируса