Общество
Общество
Москва
0

«У России есть все шансы занять место одного из мировых технологических лидеров». Эксперт о цифровизации экономики

Пандемия коронавируса, по мнению многих экспертов, уже стала драйвером развития цифровой экономики в России
Пандемия коронавируса, по мнению многих экспертов, уже стала драйвером развития цифровой экономики в России

Пандемия коронавируса, по мнению многих экспертов, уже стала драйвером развития цифровой экономики в России. В сложившейся ситуации множество процессов перешли в онлайн, и это расширило возможности для развития онлайн-сервисов и в дистанционном обучении, и в целом в системе образования и многих других сферах. О том, какие проекты цифровой трансформации могут получить господдержку на фоне развития ситуации с коронавирусом и успевает ли Россия за другими развитыми странами в плане развития цифровых технологий, мы поговорили с Алексеем Аверкиным, ведущим научным сотрудником лаборатории искусственного интеллекта, нейротехнологий:

Алексей Николаевич, первая половина года в мире и в России прошла под знаком пандемии и выхода на удаленную работу там, где это было возможно. На ваш взгляд, можно ли рассматривать этот период как импульс для коренного перелома в структуре экономики, толчок для ускоренной цифровизации экономики?

— Коронавирус не только ускорил цифровую трансформацию предприятий – многим пришлось перенести почти все процессы в онлайн – но и заставил ученых найти новые способы использования высоких технологий в своих целях. Так, даже для борьбы с коронавирусом используют все средства цифровой экономики, включая искусственный интеллект и большие данные.

Можно ли сравнить, как в этом смысле российский бизнес оказался готов к дистанту по сравнению с европейскими странами и, может быть, Востоком?

— Российский бизнес в целом следует мировым трендам в увеличении доли удаленной работы. Многие российские IT-специалисты работают дистанционно как в России, так и по всему миру. Эпидемия COVID-19 заставила работодателей по всему миру гибко использовать сотрудников, это стало большим прорывом в сфере управления персоналом.

После окончания эпидемии многие компании собираются сократить или перепрофилировать свою офисную недвижимость, и их сотрудники станут работать из дома. Эта тенденция начинается с гигантов IT-индустрии в Европе и США и, безусловно, зеркально отразится на российских компаниях. Например, Amazon, Barclays, Facebook, Google, Mastercard, Microsoft, Twitter оставляют десятки тысяч своих сотрудников на удавленной работе как минимум до конца 2020 года. Стоимость интеллектуального капитала, то есть сотрудников, составляет до 90 % стоимости подобных компаний, и при удаленной работе его доля еще более возрастает. Особенно в России это заметно, которая уже давно является кузницей подобных специалистов.

Один из нацпроектов сформулирован как «Цифровая экономика». Можно ли сказать, что пандемия стала таким стресс-тестом реализации проекта и какие выводы можно сделать о провалах, слабых местах, на которые нужно обратить внимание?

— Цифровая экономика состоит из ряда сквозных технологий, таких как искусственный интеллект, большие данные, интернет-вещей и ряд других, при продвижении которых в России есть как слабые, так и сильные стороны. Тем не менее в целом пандемия явилась серьезным стимулом для развития цифровой экономики. События последних месяцев, связанные со стремительным распространением коронавируса, заставили многих бизнесменов сменить приоритеты. Даже компании, традиционно предоставлявшие услуги в режиме офлайн, постарались адаптировать свои сервисы под условия новой реальности. Несмотря на разрушительное влияние пандемии на мировую экономику, для ее цифровой составляющей пандемия стала скорее плюсом, чем минусом.

Пандемия показала, что в России есть большое количество собственных онлайн-сервисов – мощных, конкурентных, эффективных. Кроме того, в эти дни и большинство офлайн-компаний, игроков традиционных рынков цифровизируют свои услуги небывалыми темпами, переводят деятельность в онлайн и вступают в коллаборацию с интернет-игроками. Все это вместе показало возрастающую социальную миссию цифровой среды.

Вообще, насколько Россия смогла компенсировать цифровое отставание – как в части разработки ПО, так и в плане «железа»?

— Не могу не согласиться с академиком Владимиром Бетелиным, который полупроводниковую отрасль США считает главным выгодоприобретателем прогресса в области массовых дешевых цифровых технологий и таких элементов цифровой экономики, как большие данные и искусственный интеллект. Итоги участия России в построении глобального информационного общества он оценивает как 80–100-процентные импортозависимые по вычислительной и коммуникационной технике, 75 % – по программному обеспечению. В России имеется слишком сильная привязка к услугам на основе информационно-телекоммуникационной инфраструктуры зарубежных производителей. Возможной мерой преодоления подобного состояния является формирование в России эффективного государственного механизма управления реализацией программ производства высокотехнологичной продукции.

В этом году должен вступить в силу закон о предустановке российского ПО на гаджеты, продающиеся в России. Считаете ли вы это положительным процессом для российских IT-разработчиков?

— Положение дел, когда большинство гаджетов продается с предустановленным программным обеспечением ведущих брендов и запретом на предустановку приложений других компаний, затрудняет конкуренцию с ними отечественных производителей. Поэтому положительным фактом является вступление в силу с 1 июля 2020 года закона, который делает обязательной предустановку российского программного обеспечения на продаваемые на территории страны гаджеты. Инициаторами выступили Федеральная антимонопольная служба (ФАС), а также Mail.Ru Group, «Лаборатория Касперского», МТС, «МегаФон», «Руссофт». Против выступила Ассоциация торговых компаний и товаропроизводителей электробытовой и компьютерной техники (члены — Apple, Samsung, Huawei, Google, Philips и др). Члены ассоциации считают, что принудительное регулирование рынка информационных технологий замедлит его развитие, ухудшит конкурентную среду, снизит качество и надежность как ПО, так и устройств, снизит заинтересованность изготовителей оборудования в предустановке лучших программ, приведет к росту издержек бизнеса и как следствие к подорожанию изделий. Мы совсем скоро увидим, насколько обоснованными являются эти прогнозы.

Есть ли перспективные точки роста в цифровом плане, ниши, в которые надо стремиться? Онлайн-сервисы для образования, облачные хранилища, софт для гаджетов, какие-то еще?

— Разумеется, в связи с развитием дистанционного образования онлайн-сервисы для образования являются приоритетным направлением, что особенно проявилось во время пандемии, при этом они могут быть реализованы также и на гаджетах. Облачные вычисления и хранилища, а также связанные с ними туманные и росистые вычисления, которые позволяют выполнять распределенные вычисления на серверах пользователя и даже на сенсорных узлах, также являются одной из основных сквозных технологий цифровой экономики. Но основным трендом является, безусловно, развитие систем сильного искусственного интеллекта и машинного обучения. Особенно перспективным является направление глубоких нейронных сетей, в настоящее время превосходящее по возможностям человека в области распознавания изображений и анализа текстов. При этом особенно актуальным сейчас является направление объяснительного искусственного интеллекта, позволяющее извлекать знания из обученных нейросетей в виде моделей представления знаний классического символьного искусственного интеллекта. Это позволит нейросетям обосновывать перед пользователями свои решения, что является абсолютно необходимым при принятии решений в критических ситуациях.

Весь мир говорит о четвертой промышленной революции – «Индустрии 4.0». России есть место в этом процессе или мы пока на обочине остаемся?

— Президент Всемирного экономического форума в Давосе Клаус Мартин Шваб в январе 2016 года объявил о наступлении четвертой промышленной революции, или «Индустрии 4.0», характеризующейся сочетанием технологий, которые размывают границы между физической, цифровой и биологической сферами. Компонентами индустрии являются интернет вещей, искусственный интеллект, машинное обучение и робототехника, облачные вычисления, Big Data, аддитивное производство, кибербезопасность, интеграционная система, моделирование, дополненная реальность.

О необходимости коренной модернизации производства говорят и в России. Однако пока только крупные предприятия начинают внедрять отдельные элементы «Индустрии 4.0». Несмотря на ряд обнадеживающих тенденций, в целом приходится пока констатировать увеличение разрыва между Россией и странами-лидерами в том, что касается двух ключевых проявлений новой технологической революции – цифровизации и платформизации. Затраты на НИОКР промышленных предприятий в Китае и США почти в 30 раз превышают объем затрат в российской промышленности.

Тем не менее следует ряд положительных факторов, которые позволяют утверждать, что у России уже в перспективе 20–30 лет есть все шансы занять место одного из мировых технологических лидеров. Происходящие в настоящее время в мире изменения сводятся к возникновению новых эффективных производительных сил, в создании которых мы можем принять участие. Особое значение приобретает программное обеспечение, математика, искусственной интеллект– это области, где российские IT-специалисты всегда были на самых передовых позициях. Россия остается на высоком уровне и в отдельных областях микроэлектроники – еще одной критически важной области «Индустрии 4.0». Продолжает развиваться российская инженерная школа. И наконец, реализуется национальный проект «Цифровая экономика», который должен обеспечить к 2024 году базе сквозных технологий реализацию основных компонентов «Индустрии 4.0».

Фото: ФедералПресс / Екатерина Лазарева

Добавьте ФедералПресс в мои источники, чтобы быть в курсе новостей дня.
Регионы
Москва
Присоединяйтесь к нам
Версия для печати
Загрузка...
Комментарии читателей
0
comments powered by HyperComments
Telegram 1