В четвертой части спецпроекта УралПолит.Ru - Как стать губернатором в бывшем СССР - своими воспоминаниями о первых губернаторских выборах 1995 года делится представитель проигравшей команды. Политтехнолог Александр Урманов, по договоренности с Геннадием Бурбулисом приехавший в Екатеринбург работать на победу тогдашнего главы администрации области Алексея Страхова, согласился объяснить, почему его кандидат не сохранил свой пост. Спустя десять лет он делает главный вывод - выбрав политика, а не хозяйственника, регион из лидера превратился в усредненную область. Подробности - в материале нашего экспертного канала. 11 августа 1995 года Штаб Алексея Страхова проводит специальную пресс-конференцию. Сам кандидат на ней не появляется. Вместо него выступают представители новообразования Клуб неравнодушных и избирательного центра Алексея Страхова. Они выражают благодарность всем пришедшим на выборы и озвучивают интересные показатели. Со ссылкой на социологическую службу областной Думы, объявляется о росте рейтинга господина Страхова за период выборной кампании более чем в три раза. И рост его не замедляется, - интригуют выступающие. После чего неожиданно начинают работать по чужой повестке и опровергают сообщения штаба Эдуарда Росселя. Оппоненты обвиняли страховцев в покупке голосов избирателей Железнодорожного и Орджоникидзевского районов Екатеринбурга. Мол, за стакан водки команда главы области увеличивала свои результаты. В ответ представители центра Страхова обвиняют в аналогичных нарушениях Эдуарда Росселя. И это не единичный случай. В оставшееся до второго тура время штаб Алексея Страхова с легкостью работал по повестке спикера Облдумы. Выполняя одновременно три задачи (сорвать явку, не допустить получения Росселем более 50% голосов и увеличить рейтинг своего кандидата), штабисты занимают своими материалами почти все СМИ. В некоторых газетах на тот момент из четырех полос агитацией Алексея Страхова занято по три полосы. Массовое использование СМИ, как выясняется позже, было требованием идеологического блока
В четвертой части спецпроекта "УралПолит.Ru" - "Как стать губернатором в бывшем СССР" - своими воспоминаниями о первых губернаторских выборах 1995 года делится представитель проигравшей команды. Политтехнолог Александр Урманов, по договоренности с Геннадием Бурбулисом приехавший в Екатеринбург работать на победу тогдашнего главы администрации области Алексея Страхова, согласился объяснить, почему его кандидат не сохранил свой пост. Спустя десять лет он делает главный вывод - выбрав политика, а не хозяйственника, регион из лидера превратился в усредненную область. Подробности - в материале нашего экспертного канала. 11 августа 1995 года Штаб Алексея Страхова проводит специальную пресс-конференцию. Сам кандидат на ней не появляется. Вместо него выступают представители новообразования "Клуб неравнодушных" и избирательного центра Алексея Страхова. Они выражают благодарность всем пришедшим на выборы и озвучивают интересные показатели. Со ссылкой на социологическую службу областной Думы, объявляется о росте рейтинга господина Страхова за период выборной кампании более чем в три раза. "И рост его не замедляется", - интригуют выступающие. После чего неожиданно начинают работать по чужой "повестке" и опровергают сообщения штаба Эдуарда Росселя. Оппоненты обвиняли страховцев в покупке голосов избирателей Железнодорожного и Орджоникидзевского районов Екатеринбурга. Мол, за стакан водки команда главы области увеличивала свои результаты. В ответ представители центра Страхова обвиняют в аналогичных нарушениях Эдуарда Росселя. И это не единичный случай. В оставшееся до второго тура время штаб Алексея Страхова с легкостью работал по повестке спикера Облдумы. Выполняя одновременно три задачи (сорвать явку, не допустить получения Росселем более 50% голосов и увеличить рейтинг своего кандидата), штабисты занимают своими материалами почти все СМИ. В некоторых газетах на тот момент из четырех полос агитацией Алексея Страхова занято по три полосы. Массовое использование СМИ, как выясняется позже, было требованием идеологического блока штаба господина Страхова. Дефицитных тогда политтехнологов главе администрации прислал бывший свердловчанин, президент фонда "Стратегия" Геннадий Бурбулис (в первом правительстве президента Бориса Ельцина был первым замом председателя кабинета министров). И все равно кандидат проиграл. О том, почему это произошло, как политтехнологи объясняли своему клиенту провал, нашему экспертному каналу рассказал руководитель идеологического блока в штабе Алексея Страхова, глава команды политтехнологов "Стратегии" Александр Урманов. В настоящий момент он является президентом Вольного общества социальных технологов и занимает пост помощника председателя комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству. - Результат выборов был для Вас неожиданным? - Нет - исходно Россель сильно опережал Страхова. Но дело даже не в этом. Во втором туре был уже явный выбор между политиком и хозяйственником, и избиратели выбрали политика. Это, наверное, уникальный случай. После всегда выбирали только хозяйственников: и [мэра Москвы Юрия] Лужкова, и [губернатора Санкт-Петербурга Владимира] Яковлева, и [губернатора Челябинской области Петра] Сумина... Кого не возьми - это уже не политики. И еще один момент - была разыграна очень интересная схема третьего кандидата. Не скажу, что это было специально задумано - она получилась случайно, сама собой, но на ее основе были сделаны далеко идущие выводы. Та кампания дала много материала для специалистов всей страны, многие на нее ориентировались. - Что противопоставлял Страхов Росселю? - Была полемика с идеологией республики. У Росселя была ставка на политическую и экономическую самостоятельность региона, а у Страхова был более центристский подход, который нынче в моде. Избиратели сделали выбор в пользу политика, и все последствия (они очень разнообразны и интересны) можно долго обсуждать. - Какие последствия? - В то время Екатеринбург и Свердловская область были вторым экономическим центром страны. Это был бурно развивающийся регион, куда многие стремились, он был интересен. Нынче это усредненная, весьма средняя по показателям область. Там же, где победили крепкие хозяйственники, экономическое движение было более заметным и интересным. - А почему проиграл хозяйственник Страхов? - Он исходно проигрывал Росселю. Тот был раскрученным, известным политиком, незаурядным. Страхов же возник ниоткуда, был вполне кабинетным хозяйственником, крепким управленцем. Мы проводили опрос перед выборами, и большая часть населения считала, что губернатор - Россель. Отставание было очень большим, и приходилось вести очень агрессивную, жесткую кампанию, чтобы хотя бы людям в голову вбить - есть такой кандидат и именно он губернатор. В общем забеге это удалось, но во втором туре был предложен четкий выбор: политик или хозяйственник, и он был сделан в пользу политика. Там уже было ни убавить, ни прибавить. Хоть на уши становись, хоть лезгинку пляши. Все было очень очевидно. - Почему Трушников не поддержал Вашего кандидата? - Это надо его спрашивать. Сыграли скорее личные мотивы, существовавшие между этими тремя гражданами. Они были очень сложные и запутанные. К тому же Россель первым начал консолидировать вокруг себя бывших кандидатов. Страхов с меньшей охотой шел на контакт, и он ничего и не добился. - Участники тех выборов, участвующие в нашем проекте, считают, что именно позиция Трушникова решила исход выборов. - Голоса - это не картошка, и передать их автоматически нельзя. Хоть Трушников и встал на сторону Росселя, но выбери свердловчане хозяйственника, другую модель развития, это вряд ли бы помогло. - А Ваш кандидат мог выиграть? - Мог, если бы удалось внятно показать преимущества управленческого подхода над политическим. Но все же шло под аурой некоторой обиды. Россель был тогда гонимым, шел на эмоциональной волне. Так что теоретически мог выиграть, но практически это было мало реально. - Уральские политтехнологи считают, что выборы 1995 года дали старт созданию их профессии, зарождению особой школы, которая теперь используется по всей стране. - Мания величия - болезнь, конечно, тяжелая и неизлечимая. Это с одной стороны. C другой - уральская школа существует и отличается от московской или сибирской. Только еще до тех выборов существовали другие школы. Просто выборы губернатора Свердловской области были первыми, шли перед президентскими, и на них было сконцентрировано очень много внимания. - Вы работали в штабе вместе с нынешним вице-мэром Екатеринбурга Владимиром Тунгусовым и заместителем полпреда Виктором Басаргиным. Наверняка, знаете о их успехах за десять лет. Как можете оценить их карьеры, насколько им помогло участие в тех выборах? - Те выборы для всех участников были неким этапным моментом, который что-то кому-то дал. Я слежу за Басаргиным и Тунгусовым, имею представление о том, как они действуют и работают. Люди не потерялись. По-моему, они вполне успешно нашли свое место, движутся и развиваются. Но я слежу и за теми, кто играл на той стороне. Считаю, что ребята себя тоже реализовали: и [и.о. главы администрации губернатора Александр] Левин, и [бывший глава администрации Вениамин] Голубицкий. - Спустя девять лет после первых выборов в России отменили всенародное избрание губернаторов. Означает ли это, что выборы доказали свою ненужность? - Сам факт их отмены говорит о том, что они играли большую роль, вносили некоторую неопределенность. Иначе бы их и не отменили. 2005 | uralpolit.ru | Вопросы - Михаил Вьюгин