Общество
  1. Общество
Общество
Кемеровская область
0

«Оптимизация по-кемеровски». Журналист поделился личными впечатлениями о местной медицине

Кузбасская медицина работает на пределе своих возможностей
Кузбасская медицина работает на пределе своих возможностей

Новость о двух бригадах скорой помощи, которая 10 часов возила тяжелых пациентов по Омску, а после отказа в госпитализации приехала к зданию регионального министерства здравоохранения, стала едва ли не главным событием этой недели. Федеральные и региональные чиновники назвали ситуацию неожиданной и стали в срочном порядке разворачивать дополнительные места для коронавирусных пациентов в Омской области. Так ли исключительна ситуация с многочасовыми поездками скорой по городу и к чему приведет лечение исключительно ковидных больных, рассуждает журналист «ФедералПресс» Нина Обелюнас:

«Мою маму в июне, когда эпидемия пошла на спад и дефицита мест в стационарах не было, кемеровская скорая возила по больницам 11 часов! Дело было так. Участковый терапевт заподозрила у мамы аппендицит и посоветовала вызвать бригаду из дома. По словам врача, в поликлинику скорая ехала бы несколько часов. Маму отправили в дежурную хирургию облбольницы, где после трехчасовой диагностики аппендицит исключили и направили с другой бригадой в дежурную терапию горбольницы № 11, где ее ждало четырехчасовое обследование. Ближе к полуночи выяснилось, что аппендицит исключить нельзя, поэтому нужно ехать обратно, в дежурную хирургию. На мой вопрос, почему врачи не могут госпитализировать ее сюда, услышала шикарный ответ: «Мы бы с радостью, но не можем. Вы попали в единственный день в неделю, а это четверг, когда в городе дежурят профильные отделения нескольких больниц. Такая вот оптимизация».

В областной больнице маму приняли. В полночь. Но на фоне переживаний, длительного ожидания и операции у нее развился четвертый в ее жизни инфаркт. Как сказал на утро лечащий врач, в облбольнице нет кардиологии (при этом, по данным сайта учреждения, сейчас есть), поэтому маму на скорой отправили в кардиоцентр. За сутки это была уже четвертая поездка на скорой и третья больница, в которой она побывала. Все закончилось хорошо.

Во время июньского путешествия по больницам, помимо аппендицита, врачи заподозрили еще одно заболевание, требующее срочной, но не экстренной помощи. Через месяц на приеме в поликлинике врач при маме позвонила в горбольницу № 11, куда планировалась ее госпитализация. Но там ответили, что мест в стационаре нет и «вообще сейчас пандемия, мы никого не принимаем». На тот момент в Кузбассе запретов на госпитализацию не было. Проблему пришлось решать письмом в областной минздрав. Сразу и место нашлось в стационаре, и за неделю все анализы сдали. Просто волшебство какое-то.

У меня нет претензий к врачам, скорой и качеству медпомощи. Они сделали свою работу. У меня есть претензии к самому процессу организации медпомощи в области, который вынуждает врачей и стационары отказывать пациентам в госпитализации. Почему, чтобы попасть в больницу, нужно обращаться в минздрав, протестовать публично, как омская скорая, или писать посты в Facebook, как это делают новосибирцы? Кто этот альтернативно одаренный, придумавший год-два назад, что несколько дежурных отделений в разных больницах по четвергам в Кемерове и отсутствие кардиологии в облбольнице решат финансовые проблемы здравоохранения? Каков реальный экономический эффект от данных мер? На мой взгляд, никакого, учитывая, что ежегодно сумму, выделяемую из бюджета на медицину, сокращают и, по документам кузбасского правительства, ассигнования в систему здравоохранения в 2023 году составят всего 1 % от объемов 2020 года.

Сейчас на фоне пандемии коронавируса ситуация с коечным фондом в Кемеровской области, где уже развернули почти 4 тысячи коек, значительно хуже. Власти спешно открывают все, что до этого сократили из-за нехватки денег. В кардиоцентре, к примеру, теперь работает отделение для коронавирусных больных с сердечными патологиями. При этом стационары даже при большом количестве мест и использовании средств защиты, думаю, сами могут стать рассадником инфекции. Врачей не хватает: болезнь косит и их. По последним данным, коронавирусом болеют или переболели больше 1000 кузбасских медиков, включая самого министра здравоохранения Михаила Малина. Поэтому даже страшно представить, с чем сталкиваются люди, у которых тяжелая форма коронавируса или другие острые заболевания. Потому что, леча COVID, на помощь больным с другими патологиями остается либо совсем мало ресурсов, либо ничего. Я рада, что мама успела подлечиться до нынешнего всплеска, и надеюсь, что в ближайший год моей семье вообще не придется сталкиваться с кузбасской медициной».

Фото: ФедералПресс / Полина Зиновьева

Сюжет по этой теме
4 февраля 2020, 17:59

Пандемия коронавируса

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе новостей дня.
Версия для печати
Загрузка...
Facebook 1