Общество
  1. Общество
Общество
Челябинская область
0

Кому нужны безнадзорные животные: один день из жизни зооволонтера

Центр «Шанс» находится в получасе езды от Челябинска
Центр «Шанс» находится в получасе езды от Челябинска

Год назад в России изменились правила обращения с животными. Но за это время само отношение людей к четверолапым мало изменилось. По улицам продолжают бродить брошенные хозяевами кошки, собаки и даже... кролики. Безнадзорные животные, если повезет, попадают в руки волонтеров. Один день из жизни зооволонтера – в репортаже «ФедералПресс».

База

Центр реабилитации и временного содержания животных «Шанс» находится в получасе езды от Челябинска. Из центра города на окраины несколько лет назад его выгнала дорогая аренда. И тем не менее, сегодня это – место, где всегда готовы помочь. Конечно, животным. Но берут не всех. И это принципиальная позиция: лечат, стерилизуют, вакцинируют, ищут «ручки», и лишь на освободившееся место может претендовать новый четвероногий постоялец.

Правда, бывают исключения. Пять щенков – еще слепышей – нашли четыре месяца назад в мусорном контейнере. Они были в коробке, обмотанной скотчем и заваленной мусором. Вариантов оставить, как есть, у волонтеров не было, собаки были истощены и обезвожены. Двух из них выходить не удалось. Остальные, благодаря бессонным ночам руководителя центра Ольги Шкода, выжили. Из них на базе остался сейчас только один, у двух – новые хозяева.

«Сейчас у нас здесь 17 собак, – рассказывает Ольга. – Некоторые достаточно долго. С марта акций по пристройству, которые мы проводили в торговых центрах раньше, из-за пандемии не было. Еще 13, за которыми мы следим в садах, поставлены на питание. Кошек даже не считаем».

Ольга – активист, доброволец, участник рабочей группы Общественной палаты Челябинской области по безнадзорным животным. Благодаря ей и ее единомышленникам с 2017 года усыплений отловленных животных в Челябинске не было. Но и медленной работой в этом направлении она тоже не удовлетворена. Закон, который начал действовать с января прошлого года, нуждается в серьезной доработке, считает Шкода.

Пока она это рассказывает, к нам подходят две собаки: Ханна и Сара. Их истории чем-то похожи. Обе служебные собаки. Ханна – из военной части. Когда ротвейлеру исполнилось восемь лет, ее должны были списать (усыпить), а Сару забрали с завода ЧТЗ, когда там расформировали кинологическую службу и в расход попали сразу 27 животных.

В вольере рвется и скулит Пит. Его нашли у ледовой арены «Трактор». Большой пес бегал за людьми и пугал прохожих, которые хотели вызвать отлов. Оказалось, что это бывшедомашняя собака. Он знает поводок, выполняет ряд команд, и страстно тянется к людям – ласкаться. Волонтеры разместили объявление о поиске хозяина.

«Мы всегда так делаем. Фотографируем. Раскидываем с описанием по всем сетям. Но за все время так нашелся только один прежний хозяин. Приходится искать потеряшкам новый дом», – поясняет Ольга.

Предлагаю помощь руками. Ольга улыбается. Уже всех покормили в шесть утра, так как в морозы, кроме сушки (сухой корм), дают теплые каши. Вольеры тоже убраны, собаки погуляли на поводке. Во дворе их ненадолго выпускают по очереди, чтобы размялись. Дел сегодня много – пора собираться.

Ветклиника

По пути в ветклинику, куда мы везем на осмотр Майю – возрастную хаски, заезжаем в «Кошкин дом», берем новенькую. Серая кошечка с отмороженными ушками и хвостом, тоже бывшедомашняя. Несколько дней жила в подъезде, из которого ее постоянно выбрасывали на улицу.

В ветклинику «ДоброВет» подопечные «Шанса» начали попадать еще лет 10 назад. Поэтому встречают нас по названию организации, но для внесения данных о животных кошке нужна кличка, так появляется «Фроня». Ф – по первой букве месяца, когда появилось животное.

Майю же, которая здесь бывала не раз, взвешивают, осматривают, ставят ей вакцину. Затем переходят к Фроне. Часть хвоста удаляют тут же. «Судя по зубам, кошечка молодая – полтора года», – говорит ветврач. Животное отправляют на УЗИ, она терпеливо переносит все процедуры, людей не боится (это еще один признак «домашности»). По результатам кошка не беременна, можно стерилизовать.

«У бездомных обычно очень много разных болячек, – сетует Александр Куриный, главврач ветклиники. – Есть срочные операции, когда животное сбили. Обширная сфера – стерилизация. Это уменьшает численность бездомных животных. Если собака, например, не племенная, то советуем это делать и домашним. Они становятся менее агрессивными, снижается риск онкологии, и увеличивается срок жизни».

В ближайшее время эта процедура предстоит не только Фроне, но и трем собакам-«новичкам».

«Кошкин дом»

После всех процедур возвращаем Фроню обратно в «Кошкин дом». На самом деле это обычная квартира одной из волонтеров. Нелли Павленко начала с того, что стала кормить уличных кошек и пристраивать по знакомым. Сейчас на передержке у женщины уже более 10 животных. Плюс шесть своих, которые появились еще до волонтерства.

За семь лет через руки Нелли прошло более 400 животных. Обращаю внимание на заживающие на них раны. Это волонтер проверяла новеньких на наличие лишая – засвечивала. Одна из кошек испугалась необычного прибора.

Рассказ Нелли прерывает приступ у кошки. Животное открывает пасть и беззвучно мяукает. Волонтер быстро достает ингалятор.

«Мы ее подбирали с условием пристроить, но у нее оказалась бронхиальная астма. И Бася уже шесть лет живет у нас. Раньше второпях носила ее в ветклинику, теперь справляюсь сама», – говорит Нелли.

Такому животному практически невозможно найти «ручки». Также как и коту Пьеру: как принято говорить, он – «дикий». Но выпустить обратно на улицу, как это делают с дворовыми кошками после стерилизации, его было нельзя. Кот почти потерял зрение.

По квартире расставлены лотки и миски. У каждой своя. Кормление утром и вечером. Когда дома все сыты, Нелли выходит кормить еще уличных по 15 адресам на районе. Это уже дикие кошки, их стерилизовали и выпустили в естественную среду. Волонтеры напоминают, что там, где нет кошек — приходят крысы и мыши. Природа не терпит пустоты.

Охотиться за «дикими» сложно. Для этого несколько лет назад специально из США Нелли привезла ловушку, в России таких не было. Клетка стоила 23 доллара, а ее перелет обошелся в 150.

Отдельно в карантинной комнате сидят Фея и Фая. Спрашиваю Нелли, хватает ли ее еще на что-то кроме кошек. «Да, – отвечает. – Индивидуальные занятия по бальным танцам. Из-за пандемиии, правда, пришлось прервать. Играю на гитаре, самостоятельно пытаюсь учить английский, чтобы общаться с внуками – они в Америке».

Добровольцы

Впереди еще два пункта до возвращения на базу. Заезжаем к Гульнаре Конюховой. С «Шансом» она познакомилась на одной из акций. Стала приносить корм, пеленки, шприцы и другие необходимые вещи. У семьи на тот момент был свой кот. Со временем стали брать на передержку животных. Женщине мы завозим корм и выслушиваем историю о найденном в лесу кролике, которого уже пристроили, и чайке со сломанным крылом. Люди, попавшие в стан волонтеров, начинают замечать животных, которым нужна помощь.

От Гульнары едем в «Семейное подворье». Здесь иногда оставляют на передержку собак, помогая хозяевам кормом. Настоящий контактный зоопарк – на содержании птицы, олени, страусы, свиньи и другие животные.

И снова на базу. День выдался холодным. Собак во время морозов надо кормить трижды. На обед им будет сухой корм: 8 кг на всю разношерстную компании. А на ужин – мясо, обрезь и творог. Еще и на утро надо приготовить 30 литров каши. И так каждый день.

Фото и видео: ФедералПресс / Виктория Ваулина

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе новостей дня.
Регионы
Челябинск
Версия для печати
Комментарии читателей
0
comments powered by HyperComments
Odnoklassniki 1