Аномальное половодье на реке Тура снова заставило говорить об экологии. Стихийное явление принесло беды не только в виде затопленных домов и плохо пахнущей воды, но и нанесло урон речной фауне. На этой неделе уровень воды активно пошел на спад, и тюменцы, кажется, выдохнули. Эколог Андрей Хорошилов рассказал «ФедералПресс» о причинах природной катастрофы, ее последствиях и предотвращении новых угроз.
896 см – только вершина айсберга
По словам эксперта, причиной экологических последствий стал не только высокий уровень воды, вызванный мощными ливнями. Напомним, только в июне в регионе выпало около 257% месячной нормы осадков, а максимальная отметка в Туре достигла 896 см. Это не перекрыло рекорд 1979 года (915 см), но стало причиной настоящей экологической катастрофы.
«Паводок сопровождался массовым смывом почвенного гумуса и органических остатков в русло Туры. Дальше сработала химия, знакомая любому, кто держал аквариум и забывал чистить фильтр. Органика, попавшая в воду, начинает разлагаться, а на окисление этой массы бактерии тратят растворенный в воде кислород. Чем больше органики, тем сильнее падает уровень кислорода. В какой-то момент его перестает хватать рыбе, и она буквально задыхается в собственной реке. Именно этот механизм, а не сам подъем воды, чаще всего стоит за массовой гибелью рыбы после крупных паводков», – пояснил Андрей Хорошилов.
Он добавил, что кислородное голодание бьет не только по рыбе. Страдают донные организмы, личинки насекомых, мелкие ракообразные – вся та невидимая пищевая база, на которой держится жизнь реки. И эта база, и рыбные запасы восстанавливаются с заметным отставанием от того момента, когда вода снова станет чистой на вид.
Что происходит с почвой после «большой воды»
Для пойменных территорий сход воды не означает возврата к норме, а на земле остается не просто ил, а смесь минеральных наносов и большого количества органического вещества.
Но, по словам Андрея Хорошилова, такой осадок нельзя автоматически записывать в токсичные. В большинстве случаев он даже работает на плодородие: пойменные земли потому исторически и ценились, что паводок регулярно приносил на них свежий питательный слой. Люди столетиями сеяли по заливным лугам именно из-за этого природного удобрения. Но есть один важный нюанс.
«Проблема возникает там, где вода шла не по чистым лугам. Если поток проходил через промышленные зоны, автодороги, гаражные массивы или плотную городскую застройку, вместе с наносами на участки могли попасть тяжелые металлы, нефтепродукты и прочая городская химия. А на глаз отличить полезный ил от загрязненного невозможно – и то, и другое выглядит как бурая грязь», – говорит эколог.
Именно поэтому специалист советует владельцам затопленных участков не торопиться с посадками, а сначала сдать почву на лабораторный анализ. Особенно это касается огородных культур, которые употребляют без термической обработки.
Когда уйдет запах с реки
Эксперт обещает, что неприятный запах, который ощущается в Тюмени с середины июля, со временем будет слабеть по мере просыхания поймы. Основной массив территории проветрится и подсохнет за недели.
Но и здесь есть свои исключения. Дело в том, что в заводях, старицах и низинах, где вода застаивается и лежит толстый слой органических отложений, разложение идет по бескислородному, анаэробному сценарию. Именно он дает тот самый сероводородный запах тухлых яиц. И тянуться этот процесс может еще несколько месяцев после того, как большая вода ушла.
Засуха – как катализатор масштабного загрязнения реки
Казалось бы, два природных антагониста – засуха и паводок – работают в связке. И паводок в Тюмени наглядно это доказывает.
«В предыдущие года Тура заметно мелела, обнажались берега и участки дна. На них копились сухая трава, листья, ветки и мусор. А когда уровень поднялся почти до 896 см, весь этот накопленный материал смыло в реку практически одномоментно. Нагрузка на экосистему выросла кратно – река получила залповый выброс органики, к которому не была готова. Таким образом, маловодье копит на берегах запас органического материала, а следующий за ним экстремальный паводок превращает его в источник вторичного загрязнения воды. Один риск заряжает другой», – объясняет Андрей Хорошилов.
Кстати, похожую механику специалисты наблюдают и в других сферах. Засуха сушит лес и копит горючую биомассу, а потом достаточно одной грозы для масштабных пожаров, которые, например, в 2026 году наблюдаются на Крайнем севере.
Что делать, чтобы избежать катастрофы в будущем
«Паводок 2026 года разумнее воспринимать не как разовое ЧП, которое пережили и забыли, а как сигнал. Климат смещается в сторону крайностей: засухи становятся длиннее, а дождевые половодья – резче и мощнее», –говорил эколог.
Чтобы избежать в перспективе природных ЧС, Андрей Хорошилов советует тюменцам предпринять ряд мер.
По словам эксперта, необходимо активно начать восстановление пойменной растительности и сохранение естественных участков, где вода может безопасно разливаться и постепенно фильтроваться через почву.
«Поймы рек не нужно воспринимать как ничейные пустыри вдоль воды, которые логично закатать под набережную или жилую застройку. Важно понимать, что это полноценная часть городской инфраструктуры – такая же, как ливневая канализация или очистные сооружения. Реке нужно место, куда разливаться. Если это место есть, паводок растекается по пойме и мягко фильтруется. Если поймы нет и берег зажат в бетон, вся масса воды и грязи идет транзитом дальше, по течению, к следующим жителям», – пояснил глава экосервиса.
Исследования подтверждают, что пойменные леса и заболоченные территории задерживают значительную часть взвешенных частиц, связывают соединения азота и фосфора и снижают объем загрязнений, возвращающихся в русло. По сути, это бесплатный природный фильтр, который работает без электричества и обслуживания.
«Город, который относится к своей пойме как к активу, а не как к резерву под застройку, в следующий экстремальный сезон отделается испугом и неприятным запахом. Город, который пойму бетонирует, каждый раз будет разбирать последствия по полной программе. Тура уже показала, какой из сценариев выбирает природа, если ей не оставить пространства для маневра», – резюмировал Андрей Хорошилов в интервью «ФедералПресс».
Ранее «ФедералПресс» писал мнение гидротехника с 15-летним опытом Сусаны Таскаевой. Эксперт уверена, что уже через три-семь лет меженный уровень Туры стабилизируется под влиянием текущей водности бассейна.
Фото: ФедералПресс / Юлия Давыдова
Изображение сгенерировано нейросетью Kandinsky 3.1
Паводки в России