Следующая неделя для России пройдет на пересечении внутренней и внешней политики. Главным событием станут выборы депутатов Госдумы нового созыва: кампания выходит на финальный этап, а партии завершают агитацию и мобилизацию сторонников перед голосованием 18–20 сентября. Во внешнеполитической повестке внимание будет приковано к закрытию генерального консульства Германии в Санкт-Петербурге – очередному эпизоду дипломатического конфликта между Москвой и Берлином. Еще одной важной темой останется украинское урегулирование: после визитов Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера в Москву и Киев Кремль говорит о продолжении консультаций, но не о скором прорыве. О контурах событий будущего – в рубрике «ФедералПресс» «Смыслы недели».
Россия подходит к неделе выборов
На следующей неделе в России пройдут выборы депутатов Госдумы нового созыва. Основные дни голосования назначены на 18, 19 и 20 сентября.
Избиратели будут выбирать 450 депутатов: половину – по федеральным партийным спискам, вторую половину – по одномандатным округам. Вместе с федеральной кампанией в регионах пройдут выборы губернаторов, депутатов заксобраний и муниципальных органов власти.
Для партий последние дни перед голосованием станут финальным этапом агитации и мобилизации сторонников. К этому моменту кампания уже прошла через регистрацию списков, судебные отсечки и запуск федеральной телеагитации, а теперь переходит к главной стадии – самому голосованию.
«ФедералПресс» задал политологам один-единственный вопрос – стоит ли ждать сюрпризов от итогов выборов?
«Не думаю, что выборы в Госдуму принесут какие-то неожиданные результаты. На это указывают и общий ход кампании, она проходит спокойно, без заметных конфликтов и резких поворотов, и данные социологии. Поэтому главный вопрос сегодня связан с тем, кто займет второе место. Именно этот результат покажет, кто сумел сохранить или усилить влияние и мобилизовать своего избирателя в условиях достаточно спокойной кампании», – отмечает Артур Заббаров, замруководителя департамента политических проектов КГ «Полилог», кандидат политических наук.
«Особых неожиданностей я именно не жду. Может быть, я и ошибаюсь – история и факты нас поправят. Я думаю, что все будет идти в классической схеме, но жестче. Потому что роль и значение специальной военной операции усилились. А военные действия всегда делают политические заявления более жесткими, более короткими, более цельными», – считает политолог Дмитрий Журавлев.
Германия закрывает консульство в Петербурге
На следующей неделе должно прекратить работу генеральное консульство Германии в Санкт-Петербурге. По сообщению немецкого диппредставительства, оно будет закрыто к 18 сентября, а его функции возьмет на себя посольство Германии в Москве.
Решение стало частью нового витка дипломатического конфликта между Москвой и Берлином. В МИД РФ заявили, что закрытие немецкого консульства стало ответом на действия Германии, которая ранее объявила о закрытии российского генконсульства в Бонне и Русского дома в Берлине.
Для граждан это означает, что консульские вопросы, связанные с Германией, теперь будут решаться через Москву. При этом визы в петербургском генконсульстве не выдавали еще с 2023 года.
«Перспектив улучшения отношений не вырисовывается. Посмотрите, что говорит по этому поводу министр иностранных дел Лавров. В связи с закрытием «Русского дома» и консульства в Бонне (а консульство в Бонне – это же бывшее посольство ФРГ до объединения Германии) Лавров сказал, что это начало настоящей войны, подчеркнул, что Германия опять хочет войны.
И официальный представитель МИД РФ Мария Захарова подтвердила, что она отказалась пожать руку уезжающему послу Германии графу Александру Ламбсдорфу. Она отказалась пожать ему руку, заявила, что протокол не обязывает включать рукопожатие, а свой жест назвала демонстрацией позиции в отношении открытой русофобии немецкого посла. Какие перспективы, когда произносятся такие слова и подаются такие сигналы? Поэтому здесь никаких перспектив нет.
Это последнее немецкое консульство в России, которое еще действовало. На взаимной основе шло сокращение количества консульств. А дальше уже сокращать некуда.
Конечно, есть эти возможности для эскалации – они всегда есть. Например, когда уехал Ламбсдорф, то, соответственно, приехал новый немецкий посол – так что отношения на уровне послов пока остаются. Следующий этап эскалации – это уже отзыв послов для консультаций.
Хотя в ФРГ и поднимается «Альтернатива для Германии» – например, победа на выборах в Саксонии-Анхальт, но на расклад сил в Бундестаге это не влияет. Каких-то особых перемен, влияющих на российско-германские отношения, здесь не ожидается», – рассуждает политолог Алексей Макаркин.
Кремль ждет продолжения переговорного трека
На уходящей неделе украинское урегулирование вновь оказалось в центре дипломатической повестки после контактов представителей Дональда Трампа Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера с Москвой и Киевом. В Кремле переговоры с Владимиром Путиным назвали полезными, но подчеркнули, что о прорыве пока говорить рано.
При этом речь идет не только об украинском направлении. Американская администрация пытается одновременно искать выход из конфликта вокруг Ирана, который уже влияет на Ближний Восток, нефтяной рынок и позиции США в регионе. В этом контексте Москва может рассматриваться Вашингтоном как один из участников диалога, способный повлиять на отдельные внешнеполитические сюжеты.
Однако быстрых решений ни по Украине, ни по Ирану пока не просматривается. Стороны продолжают исходить из собственных интересов, а возможные миротворческие инициативы США сталкиваются с сопротивлением сразу нескольких игроков. О том, почему переговорный процесс остается сложным и какие препятствия стоят перед Вашингтоном, «ФедералПресс» поговорил с политологом Владимиром Киреевым.
«Для Соединенных Штатов достижение остановки конфликта с Ираном является жизненно важной необходимостью. Это очень затратное направление деятельности, оно уже привело к политической катастрофе влияния США в регионе Западной Азии, Ближнего Востока, разрушает – и разрушает практически в реальном времени – систему альянсов. Это пагубно влияет и на общее глобальное влияние Соединенных Штатов, и на внутриэкономическую ситуацию в США, сказывается на рынке нефти, на подорожании всей цепочки продукции.
Кроме того, для того чтобы решить этот вопрос каким-то образом, необходимо либо договориться с Ираном, либо начать военную операцию, которая потребует, ну, как минимум, наверное, миллиона человек. А это и логистика, и деньги, и военные ресурсы. А мы видим, что американцы уже растратили значительную часть своего стратегического потенциала – ну, стратегического потенциала своих запасов боезапасов.
Но, с другой стороны, находятся их партнеры в лице Израиля, которым остановка конфликта вообще не нужна. Им необходимо как можно глубже разрушить ситуацию в Западной Азии, подорвать влияние всех их партнеров и удержать власть внутри Израиля. Для Нетаньяху и его команды для этого необходима дальнейшая эскалация ситуации.
Поэтому Израиль, который обладает значительной автономией принятия решений и, кроме того, влияет на принятие решений внутри Соединенных Штатов, продолжает провоцировать ситуацию, игнорируя все требования из Вашингтона, со стороны Трампа, остановить вот этот военный конфликт.
С другой стороны, в Иране к власти пришла, контроль над ситуацией захватила группа лиц из прежде всего Корпуса стражей Исламской революции, которым совершенно не нужна остановка конфликта. За счет продолжения конфликта они получают повышение своего влияния и внутри Ирана, и в регионе. Они диктуют уже всем близлежащим странам политику. Поэтому остановить конфликт достаточно сложно.
Уиткофф и Кушнер, так же как и вот этот Рэдклифф, приезжавший в Москву, скорее всего, вели речь о том, чтобы и Россия оказала давление на Иран с целью остановки конфликта. Другой вопрос: насколько велико влияние России на Иран? Несмотря на все на данный момент партнерские, союзнические отношения, невероятно выглядит ситуация, что Иран прямо прислушается к мнению Москвы и остановит эскалацию конфликта.
Та же самая ситуация по Украине. Российское руководство видит в продолжении конфликта возможность увеличения своего влияния в мире в целом и видит возможность закончить военную операцию победой за счет силового ресурса. В свою очередь, украинская сторона точно так же не намерена останавливать конфликт: для них чрезвычайно выгодно продолжение конфликта с точки зрения и сохранения контроля над Украиной, и сохранения контроля над финансовыми потоками.
В свою очередь, Западная Европа видит возможность в продолжении этого конфликта нарастить свое геополитическое влияние в мире и изменить баланс сил, где только США и Китай являются странами, которые управляют планетой. Они хотят тоже быть в клубе – вот этом привилегированном клубе, который управляет планетой. Для них, для этой задачи, необходимо развязать полномасштабную войну с Россией и желательно победить Россию.
Поэтому вероятность того, что Соединенные Штаты сейчас достигнут результата и по иранскому, и по украинскому направлению в направлении миротворческих своих инициатив, она, конечно, существует. Но необходимо понимать, что эти инициативы встречают серьезное противодействие со стороны сразу многих игроков и не отвечают интересам большого количества стран.
Так что, несмотря на то, что в целом консенсус в мире направлен в сторону обоих конфликтов, но в то же самое время их непосредственные участники – Израиль, Иран, Россия, Украина и Западная Европа – не видят смысла в остановке конфликта. Поэтому насколько велика возможность американского руководства и вообще Соединенных Штатов управлять этой ситуацией – покажет время», – рассуждает политолог Владимир Киреев.
Фото: ФедералПресс / Иван Кабанов
Формируя смыслы. Проект «ФедералПресс»