1 марта 2026 года в России начнет действовать закон об ограничение деятельности иностранных аналитических компаний. Зачем России ограничивать зарубежных исследователей рынка «ФедералПресс» объяснил журналист, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Александр Малькевич:
«История с законом об иностранных исследовательских компаниях, который приняли в 2025 году и который начинает работать с марта 2026-го, продолжает периодически появляться в инфополе как сама по себе, так и в контексте иностранных рекламных компаний, к которым планируется применить аналогичные меры. Сегодня уже очевидно, что эти организации напрямую помогали усиливать санкционное давление на Россию, но сейчас я хочу осветить их деятельность с другой, не менее опасной стороны.
Для начала вспомним, почему эти компании изначально заставили обратить на себя внимание государства. Скажу честно, долгое время рынок исследований потребительского поведения в России жил в довольно странной логике. С одной стороны, речь шла об обычной бизнес-аналитике, цели у которой очевидны: узнать, кто что покупает, как реагирует на рекламу, какие бренды нравятся и так далее. С другой стороны, значительная часть этой информации собиралась и обрабатывалась компаниями с иностранным участием, из юрисдикций, которые сегодня сложно назвать дружественными. При этом требования к прозрачности были минимальными. Стоит признать, что до определенного момента мы не сильно интересовались тем, где именно хранятся данные, кто имеет к ним доступ и кому и в каком виде они могут передаваться дальше. И именно эту ошибку Россия сейчас готовится исправить.
Почему введение этих мер жизненно необходимо? Дело в том, что в современных условиях данные о потребителях – это давно уже не просто инструмент для повышения продаж. Это очень точный слепок общества. По таким данным видно, где люди экономят, где начинают нервничать, на что остро реагируют, какие темы «цепляют», а какие проходят мимо. И сейчас мы уже не можем делать вид, что это исключительно коммерческая история. Мы уже много говорили о санкциях и о том, как аналитика может помогать выстраивать внешнее давление. Да, этот аргумент никуда не делся. Но есть и другой, не менее важный.
Современные технологии позволяют использовать такие данные не только для отчетов и презентаций, но и для точечного воздействия. Таргетированная реклама, информационные кампании, манипуляции потребительскими и общественными настроениями – все это работает тем эффективнее, чем глубже и точнее исходная информация. Если доступ к этим данным сохраняется у иностранных структур, то в условиях турбулентности любая такая информация легко превращается в инструмент экономической и социальной дестабилизации.
Новый закон позволяет привести ситуацию с иностранной аналитикой и рекламой в порядок. Раскрытие структуры собственности, понятные требования к локализации деятельности, контроль за трансграничной передачей данных – по сути, мы вводим базовые правила гигиены для рынка, который работает с чувствительной информацией миллионов людей. Государство прямо говорит: если вы хотите работать с российскими потребителями, то покажите кто вы, где вы, и кто в итоге держит в руках данные.
Разумеется, иностранные компании играть по правилам не захотели – иначе сразу будет понятно, откуда растут ноги у их желания оставаться на российском рынке. Закон еще не вступил в силу, а регуляторы уже фиксируют попытки отдельных игроков «проскочить» между строк закона. Формально все соблюсти, но по факту оставить контроль через дробление бизнеса, сложные корпоративные конструкции и другие схемы. Власти уже дали понять, что такие фокусы будут внимательно отслеживаться, и это логично. Иначе весь смысл регулирования просто растворится.
Можно спорить о том, насколько жесткими должны быть требования и как быстро рынок адаптируется. Можно говорить о рисках для конкуренции и о том, что кому-то станет сложнее работать. Все это справедливые вопросы. Но есть базовый выбор, который в этой ситуации приходится делать. Либо страна контролирует данные о собственных гражданах и процессах внутри экономики, либо делает вид, что ничего страшного не происходит, пока ключевые массивы информации гуляют за пределами юрисдикции.»
Фото: ФедералПресс / Ксения Кобалия