С января 2026 года в Тюменской области проиндексировали пенсии на 7,6 % для 365 тысяч жителей. Однако многие пожилые люди остаются в строю: 51,8 тысячи тюменцев продолжают работать на заслуженном отдыхе. Психолог Родион Чепалов объяснил «ФедералПресс», что заставляет их выходить на работу:
«Я думаю, что ответ на вопрос нельзя свести только к деньгам или только к страху одиночества. Это всегда сочетание факторов, и психологически здесь можно выделить несколько типов мотивации.
Первый тип – это выживание. Человек продолжает работать, потому что базовых выплат не хватает на привычный уровень жизни. Но даже в регионах с повышенными выплатами, например на Севере, эта мотивация не исчезает полностью, она просто становится не единственной.
Второй тип – сохранение идентичности. Я часто вижу, как человек десятилетиями был учителем, инженером, врачом, и когда он выходит на пенсию, возникает внутренний вопрос: «А кто я теперь?». Работа здесь выполняет функцию опоры. Например, бывший мастер на производстве продолжает подрабатывать консультантом, потому что именно в этой роли он чувствует себя нужным и уважаемым.
Третий тип – борьба с одиночеством. Работа дает структуру дня, общение, ощущение включенности в жизнь. В небольших городах и северных территориях это особенно заметно, потому что социальная инфраструктура часто ограничена. Женщина, проработавшая всю жизнь в магазине, может оставаться там не ради денег, а ради контакта с людьми.
Четвертый тип – привычка к активности. Есть люди с так называемой деятельностной установкой, им сложно сидеть без дела. Это чаще встречается у тех, кто работал в динамичных сферах, например в логистике, медицине, строительстве. Для них пенсия без занятости воспринимается как потеря тонуса.
Пятый тип – контроль и безопасность. Работа дает ощущение предсказуемости, особенно у людей с тревожным складом личности. День расписан, задачи понятны, есть ощущение, что «я держу жизнь в руках».
Если говорить о востребованных сферах, я думаю, что пожилые люди чаще остаются там, где ценятся опыт и стабильность. Это образование, медицина, административные позиции, сфера обслуживания, охрана, консультирование. В северных регионах добавляется специфика: люди с опытом в добывающих отраслях или обслуживании инфраструктуры могут быть востребованы как наставники или специалисты узкого профиля.
Важно понимать и риски. Когда работа становится единственным источником смысла, человек может игнорировать здоровье, перегружаться и бояться любых изменений. С другой стороны, полный отказ от деятельности иногда приводит к быстрому ухудшению состояния, апатии и когнитивному снижению.
С точки зрения разных психологических школ это выглядит так: поведенческий подход скажет, что работа закрепляет активность через привычку и подкрепление; психоаналитический подход увидит в этом страх утраты значимости и попытку сохранить «я»; гуманистическая психология будет говорить о потребности в самореализации и смысле.
Я считаю, что оптимальная стратегия не в том, чтобы работать или не работать, а в том, чтобы у человека были разные источники опоры: работа, общение, хобби, семья. Тогда продолжение труда становится выбором, а не вынужденной необходимостью».
Фото: ФедералПресс / Ольга Юшкова