Экология
Экология
Москва
0

Николай Валуев: «Экологическая полиция могла бы остановить засорение окружающей среды на бытовом уровне и снизить влияние браконьерства»

По словам Валуева, объективно оценить результаты мусорной реформы пока очень сложно
По словам Валуева, объективно оценить результаты мусорной реформы пока очень сложно

30 и 31 марта в Москве уже в одиннадцатый раз пройдет международный форум «Экология». Это одна из ведущих общественных площадок, формирующих ориентиры для государственной политики в сфере охраны окружающей среды. Форум ежегодно проходит при поддержке и участии Совета Федерации ФС РФ, Государственной думы, Министерства природных ресурсов и экологии РФ, Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ, Федеральной службы по надзору в сфере природопользования и других профильных министерств и ведомств. За несколько дней до начала форума корреспондент «ФедералПресс» задал вопросы первому заместителю председателя комитета Государственной думы по экологии и охране окружающей среды, председателю общественного совета организатора форума – АНО «Общественный форум «Экология» – Николаю Валуеву.

Николай Сергеевич, одной из ваших последних инициатив стало предоставление налоговых льгот ретейлерам и ресторанам, которые будут передавать непроданную еду на благотворительность. Какого эффекта вы ждете от подобных мер?

— Речь в законопроекте идет не о ретейле, ресторанах и непроданной еде, а о пищевой продукции, сроки годности которой еще не истекли, но по ряду причин такие товары уже вряд ли будут проданы. Просроченные продукты на полках магазинов образуются в большей степени из-за того, что потребителям свойственно отдавать предпочтение самой свежей продукции, а «несегодняшнее» обходить стороной. Заинтересованная сторона предлагаемых поправок – в первую очередь непосредственно сами производители.

Ежегодно в стране образуется 17 млн тонн пищевых отходов – это около 30 % от всего объема твердых коммунальных отходов (ТКО). Около 20 % отходов появляется уже на этапе сельскохозяйственного производства, переработки и транспортировки, около 10 % продукции выпадает из цепочки потребления на этапе хранения и реализации от изначального объема продовольствия. Практически все эти пищевые отходы, около 95 %, в России отправляются на захоронение на свалки и полигоны. А органика – это процессы гниения, брожения и разложения, которые становятся причиной загрязнения почвы, воды и воздуха, выделяют аммиак, сероводород и метан, который ускоряет изменение климата. Катализатор того самого глобального потепления. Продукты не вскрываются, что затрудняет сортировку и обработку, захораниваются прямо с упаковкой.

В связи с изменениями в законодательстве производители уже не могут возвращать просроченную продукцию ретейлерам. Таким образом был решен вопрос необъективного перекладывания ответственности. Но что тогда делать с такой продукцией, если законодательством предписана только утилизация, которая трактуется как «вывезти на полигон и захоронить»?

Поэтому цель законопроекта – спасти как можно больше продуктов от неминуемой участи оказаться на свалке и передать эти товары в благотворительные фонды. Речь идет исключительно о продуктах, срок годности которых еще не истек. Более того, помимо сроков годности, должно быть учтено необходимое время для сортировки, транспортировки, проверки безопасности товаров контролирующей структурой фондов, а также распределения в пункты выдачи непосредственно потребителям.

В этом законопроекте все нуждались уже очень давно. Проблема пищевого расточительства в мире стоит весьма остро. Поправки в Налоговый кодекс позволят сократить объемы захоронения и как следствие – снизить затраты на рекультивацию полигонов. Только в 2020 году на рекультивацию небольшого количества из многочисленных свалок было выделено 7 млрд рублей. Ежегодный прирост полигонов составляет 400 тысяч га. Плюс у нас есть социально необеспеченные слои населения. Так почему бы не совместить экологию с социальной помощью и не сделать двойное благое дело?

Вы предлагали создать в России экологическую полицию. Расскажите, что это за структура, чем она должна заниматься? Какова судьба этой инициативы?

— В сфере охраны животного мира в настоящий момент наблюдается критическая ситуация. В стране с завидной периодичностью фиксируются лавинообразные вспышки роста случаев браконьерства, под угрозой находятся целые популяции животных в отдельных регионах. Вдобавок к этому нельзя забывать про несанкционированные свалки, которые в один прекрасный момент начинаются всего лишь с одного пакета. А вычислить нарушителя и прародителя целого последующего «полигона» не представляется возможным. Вовремя отреагировать и пресечь – тоже целая проблема.

Функции охраны возобновляемых природных ресурсов распределены между различными федеральными ведомствами и частично переданы в субъекты. Инспекторов не хватает, особенно в больших по территории субъектах.

Экологическая полиция могла бы остановить засорение окружающей среды на бытовом уровне и снизить влияние браконьерства. Причем структура должна подчиняться федеральному центру, чтобы не было кумовства на местах. Финансироваться структура вполне может за счет части штрафов, которые будут выписывать ее сотрудники, что вполне справедливо и правильно. В состав нового ведомства, по моему мнению, должны войти отставные сотрудники органов правопорядка после соответствующего перепрофилирования.

На данный момент инициатива не нашла поддержки и ее проработка не ведется.

Еще одной вашей инициативой был запрет на реализацию фосфатных моющих средств, содержание минерального вещества в которых превышает пять процентов. Чем продиктована такая необходимость? Есть подвижки в этом вопросе?

— Причина такой инициативы заключается в постоянно увеличивающейся эвтрофикации озера Байкал. Разрастание зеленой нитчатой водоросли спирогиры, препятствующей поступлению кислорода и вызывающей заболачивание, разрушает экосистему целого озера. Главная опасность размножения спирогиры – возможное исчезновение некоторых эндемичных видов, гибель рыбы, микроорганизмов, животных и птиц.

То, что эвтрофикация водоемов в значительной степени определяется привносом извне биогенных элементов, – всем известный факт. Введение запрета на использование и реализацию моющих средств и бытовой химии с содержанием фосфатов выше 5 % на Байкальской природной территории помогло бы хоть частично решить такую проблему.

Минприроды и Роспотребнадзор уже одобрили предлагаемые поправки. Более того, Минприроды даже порекомендовало не ограничиваться 5-процентным порогом содержания фосфатов, а запретить продажу любых фосфатосодержащих моющих средств в Иркутской области, Забайкалье и Бурятии. На данном этапе необходимые документы готовятся для внесения на рассмотрение в Государственную думу.

Конечно, это первый шаг. Дальше нужно проверять законность сливаемых сточных вод в озеро и оценивать качество их очистки строго по закону.

Как вы лично и комитет по экологии относитесь к массовому строительству мусоросжигательных заводов в регионах России? Насколько оправданна такая стратегия утилизации отходов?

— Пока о массовости строительства речи не идет. Запланированы только 5 заводов, которые еще на этапе разработки и создания.

Ситуация с образованием и размещением отходов в стране стоит очень остро. Все устали от свалок, от запахов гари, гниения, от соседства с такими неприятными объектами. Если бы мы располагали большим запасом времени, идеально работающим написанным сценарием, подходящим для всех субъектов нашей большой страны, то, наверное, о мусоросжигании речи бы и не шло.

Но поскольку надо в более ускоренном темпе предпринимать эффективные шаги в этой отрасли, то, конечно же, здесь не обойтись без так называемой энергетической утилизации. Ее нельзя рассматривать как исключительную панацею от образования свалок и гор мусора. Это маленькая часть большой комплексной системы, включающей и раздельный сбор, и переработку, и ликвидацию уже имеющегося нанесенного экологического ущерба.

В целом идея законопроекта такая: не допустить попадания на свалки полезных фракций, а сжигать действительно только то, что пока невозможно переработать, то есть исключительно «хвосты». Контролем над этим как раз будет выступать готовящаяся по поручению президента реформа механизма расширенной ответственности производителя. В совокупности все эти элементы могут помочь эффективно управлять отходами, следуя признанной международным сообществом иерархии обращения с отходами.

Новая система обращения с ТКО работает в России уже второй год. Как вы оцениваете ход реформы? Что необходимо сделать для того, чтобы она была эффективной на территории всей страны?

— Объективно оценить результаты реформы пока очень сложно. Совершенствование системы обращения с отходами все еще продолжается, ошибки исправляются, законодательные пробелы восполняются, параллельно с этим ведется работа по упразднению избыточного регулирования. Какие-то регионы уже сумели наладить эффективную систему обращения с отходами, внедрить лучшие практики, провести образцовые мероприятия, а какие-то субъекты до сих пор хромают и немного отстают. Динамика и результаты разные в силу географического, экономического и политического контекстов. Но процесс уже безвозвратно запущен и с течением времени будет доведен до громко сказанного идеала. Конечно, нынешние промежуточные результаты с тем, что мы имели до старта реформы, никак не сопоставимы. Это очевидный прогресс.

Для того чтобы отрасль полноценно работала, необходимо создать стопроцентные гарантии для заинтересованных лиц, создать внятные, четкие правила и комфортные условия. Когда цепочка участников рынка полностью замкнется без потребности привлечения каких-либо дополнительных стратегий, изменений или третьих лиц, тогда можно будет уже говорить действительно о циклической экономике.

Как я уже говорил, на данный момент ведется разработка концепции по совершенствованию механизма расширенной ответственности производителей, которая считается классическим компонентом для получения успешного результата мусорной реформы. От качества исправления допущенных ошибок будут зависеть и внедрение раздельного сбора, и уровень переработки, и в целом достижение показателей цели «ноль отходов».

Важно отметить следующее, о чем много говорят, но как-то не фиксируют. Без участия регионального оператора механизм расширенной ответственности производителя, особенно упаковочной фракции, не заработает! Чтобы отходы стали полноценным сырьем, они должны собираться (накапливаться) раздельно, как минимум от пищевых отходов. Это уже выучили за год реформы и плачевных результатов сортировки «вторсырья» из кучи смешанного мусора, за которую население платит. Теперь вопрос: где больше всего образуется упаковки, которую все так клеймят негативом? Правильно, на контейнерной площадке. А кто может установить там контейнеры, в том числе и для раздельного накопления? Теоретически только региональный оператор и с его согласия все иные операторы, имеющие соответственное разрешение на осуществление деятельности по обращению с отходами. То есть либо сам региональный оператор может заниматься раздельным накоплением отходов, будущего сырья, либо с его согласия кто-то еще. Фактически на местах это всегда приводит к следующему: региональный оператор сам не занимается раздельным сбором, потому что ему это невыгодно. Из его тарифа вычитается стоимость реализованных вторичных ресурсов, которая за счет их низкого качества не покрывает расходы на их извлечение или раздельное накопление в специальных контейнерах. Кроме того, тариф не содержит оплаты раздельного вывоза отходов, собранных «в смеси», и отходов, собранных раздельно. При этом разрешить другим осуществлять деятельность по раздельному сбору они тоже не могут, так как их объем отходов заметно уменьшится, что неизбежно отразится на тарифе.

Однако если механизм расширенной ответственности создаст источник для финансирования такого раздельного накопления, реализовав тем самым дуальный сценарий сбора отходов в Европе, то тогда у утилизаторов, нуждающихся в сырье, самый просто способ его получить будет именно привлечение регионального оператора к сбору, доставке, сортировке (очистке, доведению до состояния ГОСТов или технических условий) отходов от использования товаров. Этот же механизм позволит снизить нагрузку на население, уменьшив объем отходов, попадающих под тарифное регулирование. По-простому говоря, отсортировал отходы – заплати только за то, что кинул в бак с нерассортированным, потому что за отсортированный мусор регоператору или иному другому оператору заплатит утилизатор с товаропроизводителем.

Проблема несанкционированных свалок очень остро стоит для многих регионов РФ. По мнению некоторых экспертов, решению этой задачи мешает то, что подобные объекты выгодны и тем, кто их организует, и тем, кто их ликвидирует. Как по-вашему, что должно измениться в законодательстве РФ, чтобы ситуация развернулась в обратную сторону?

— Несанкционированные свалки – это про безнаказанность и отсутствие экологической ответственности у людей. Поэтому метод кнута и пряника здесь самый оптимальный. В первую очередь по стране должно форсированно шагать и набирать свои обороты экологическое просвещение, чтобы каждый с детства понимал, что любая свалка – это не вина государства, а дело рук каждого отдельно взятого человека. Если по какой-то причине такое осознание к человеку не пришло, то тут помогут только ощутимые и устрашающие штрафы или приостановление деятельности предприятия. Для этого, конечно, необходимо усилить контроль за объектами в зоне риска: устанавливать камеры, заграждать проезды, вовремя предотвращать, пока площадь не стала колоссальной.

В целом комплекс мер должен быть таким, чтобы у человека не возникло ни мысли, ни потребности выкидывать мусор на произвол судьбы. Ответственность и созданные условия, в том числе законопроект по фудшерингу, механизм расширенной ответственности производителей, разработка дорожной карты и территориальных схем в совокупности могут искоренить такой феномен.

Как вы считаете, когда в России в полную силу заработает раздельный сбор мусора? Что мешает быстро и оперативно организовать это на местах?

— У многих людей почему-то сложилось мнение, что раздельный сбор – это история только про установку отдельных контейнеров. На самом деле это чуть ли не заключительный этап всего процесса. Для того чтобы их установить, для начала нужно иметь сторону, заинтересованную в бесперебойной поставке вторичного сырья, – перерабатывающий завод, рассчитывающий на определенный объем с возможностью прогнозирования своей деятельности. Здесь также учитываются затраты на транспортировку, дополнительную сортировку, обработку и содержание необходимых для этого элементов. Цепочка должна быть замкнутой и жизнеспособной. От благоприятной инвестиционной среды, созданной для бизнеса, будет зависеть развитие инфраструктуры раздельного сбора и для населения.

Могу отметить, что в стране наблюдается прирост количества людей, уже примкнувших к экодвижению или готовых стать его частью при повышении доступности и комфортности услуги. Определенно это не может не радовать.

Я уже говорил, что для раздельного сбора и его внедрения важно понять, что идти надо не от «бачка с мусором» до утилизатора, а от утилизатора до «бачка». Потому что собирать «вторсырье», которое не требуется утилизатору, или сортировать его не так, как нужно последнему, – бессмысленное занятие. Именно утилизатор должен давать задание на сбор, чтобы каждый из тех, кто будет организовывать соответствующий сервис, понимал, что у него есть тот, кто заинтересован в результате его труда.

Мировая практика показывает, что мусор может приносить значительные доходы в бюджет государства при правильном обращении. Почему в России до сих пор использование вторичного сырья находится на столь низком уровне и как это исправить?

— Говорить о совсем низком уровне использования вторичного сырья не совсем корректно. Целлюлозно-бумажная промышленность как функционировала эффективно при советской модели обращения с отходами, так и продолжает после ее развала, вне зависимости от происходящих изменений. На данный момент таких заводов 82 по стране. Уровень собираемости макулатуры – один из самых высоких из всех фракций. Ее легко собрать, извлечь, транспортировать и переработать. Утилизаторами здесь выступают сами же производители, например, бывшая упаковка снова становится упаковкой. Первичные ресурсы не расходуются, экономическая выгода на лицо, так как цена на вторичные ресурсы ниже. Такая же ситуация сложилась и на рынке лома черных и цветных металлов. Во вторичный оборот эти фракции вовлекаются по максимуму. Конечно, это не желаемый предел.

2138fd779705190878d0c8bdab174208.jpg

Другой вопрос – это пластик и стекло. С ними все сложнее. Обусловлено это тем, что стекло – тяжелый материал, процесс переработки которого сложный и трудоемкий. Спрос на разные виды стекла тоже разный. Наиболее желаемое – прозрачное, потребность в коричневом и зеленом намного ниже. Наболевший пластик, наоборот, легкий, объемный, но тоже трудноперерабатываемый из-за разных видов, примесей и дорогостоящих технологий.

Использование экологичного сырья должно стимулироваться механизмом расширенной ответственности производителей (РОП). На данный момент пластик (назовем его «хороший» и «плохой») регулируется одинаковой ставкой экосбора, чтоневерно. «Хороший» требует больше затрат, покрывающих реальные расходы на переработку. Поэтому, как и любой другой человек, производители выбирают экономию – неперерабатываемые, дешевые виды полимеров, которым по окончании жизненного цикла суждено отправиться на захоронение. РОП должна изжить такие материалы, сделать их нерентабельными и абсолютно невыгодными, а использование экологичных материалов должно поощряться определенными преференциями.

Комитет по экологии активно выступает за гуманное отношение к животным. Как при этом предполагается решать проблему бродячих собак, которые угрожают жизни и здоровью граждан, особенно детей? Есть ли какой-то вариант решения проблемы?

— Проблема бездомных животных действительно острая. Я понимаю граждан, которые с сочувствием относятся к животным и против эвтаназии и отстрела. Но мы видим иногда нелучшие результаты такой жалости. Например, в Красноярске в конце февраля в некоторых районах города вводилась ЧС из-за стай бродячих собак. Несколько человек было загрызено насмерть. Есть случаи нападения собак на взрослых и детей. Ситуация сложноконтролируемая – более полутора тысяч заявок поступило на отлов животных. В национальном парке «Столбы» рядом с Красноярском выпущенные из центров передержки собаки (многие из них кастрированы и чипированы) сбиваются в стаи и представляют угрозу для диких животных, которых парк должен охранять, неоднократно встречаются случаи загрызенных косуль, мелких животных.

В нашем советском детстве домашние животные (кошки, собаки) подлежали обязательной регистрации, и их хозяева даже платили за проживание домашних животных в многоквартирных домах. Таким образом решалась масса задач: санитарно-гигиеническая безопасность граждан, здоровье самих животных, контроль за их количеством и как следствие – планирование возможных последствий утраты домашним животным своего хозяина.

Что мы имеем сейчас: взяли кошечку или собачку домой, наигрались, выкинули, отвезли на дачу и забыли там, в лучшем случае пристроили в «хорошие руки» по объявлению.

Кто эти животные без хозяина (безнадзорные животные) сейчас? Неопознанные и непризнаваемые никем живые существа, требующие заботы, ухода, лечения, питания, количество которых в масштабах страны даже страшно спрогнозировать. Кому можно предъявить претензии по прирученному и брошенному животному? Кто его хозяин?

Данных нет.

Именно поэтому очень важна регистрация животных. Чтобы мы действительно несли ответственность за тех, кого приручили.

Кто должен вести эту регистрацию? Должны ли за нее платить граждане? Тут много вопросов.

Но проблема далеко не в том, сколько денег нужно, чтобы написать очередную ЕГАИС. Проблема в том, что государство выделяет деньги на содержание и корм безхозяйных животных. И это немалые деньги на текущий момент; пенсионеры, к слову, могут не иметь такой пенсии. Так, содержание одной собаки в день стоит примерно 150 рублей, и это не считая денег на создание самих приютов. Что происходит по закону с животными, не нашедшими себе новых хозяев? Их отпускают в среду, предварительно вылечив, кастрировав и вакцинировав. Заколдованный круг.

Именно эта норма породила проблемы, которые мы встречаем в регионах (каждый день либо кто-то покусан, либо убит). Кто нам дороже? Дети, животные?

Как решает этот вопрос цивилизованный мир? В международной практике (Германия, США) животное, не нашедшее владельцев, подвергают эвтаназии после переходного этапа, когда его никто не забрал.

И пока мы продолжаем выпускать животных в среду после передержки, оплачиваемой из наших с вами налогов, а потом снова возвращать в приют и снова выпускать, если хозяин не нашелся, то вопрос окончательно закрыт не будет. Ведь это вопрос не гуманного отношения к животным – это вопрос нашей безопасности.

Фото: ФедералПресс / Виктор Вытольский; duma.gov.ru

Сюжет по этой теме
6 февраля 2019, 16:07

Мусорная реформа

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе новостей дня.
Регионы
Москва
Присоединяйтесь к нам
Версия для печати
Загрузка...
Комментарии читателей
0
comments powered by HyperComments
Google Plus 1